— А почему не продолжать? — Блюхер поднялся с дивана. — Это нам может пригодиться… Следует обдумать. Давай поговорим завтра. Ведь для тебя потребуется информация.

— В этом все дело. Смогут ли подготовить?

— Договорились. До завтра.

А вечером в клубе на собрании сотрудников полномочного представительства ОГПУ состоялось чествование Дерибаса. Говорили сослуживцы, партийные работники у все те, с кем он вместе работал.

Председатель крайисполкома Крутов зачитал Указ о награждении Дерибаса вторым орденом Красного Знамени в связи с пятидесятилетием и тридцатилетием прерывания его в партии большевиков. Ехать в Москву за орденом Дерибасу не разрешили из-за сложной обстановки на государственной границе.

После юбилейного собрания прошло несколько дней. Неожиданно позвонил Невьянцев:

— Терентий Дмитриевич, Ланговой срочно вызывает на встречу.

— Когда состоится встреча?

— В двадцать два часа.

— Я пойду вместе с вами. Хочу послушать.

Невьянцев встретил гостя. Ланговой узнал Дерибаса и сразу засмущался. Четко, по-военному, отрапортовал:

— Здравия желаю, товарищ комиссар!

— Здравствуйте, здравствуйте. Садитесь.

Ланговой сел на край стула.

— Вы не смущайтесь. Там вы держались храбрецом, не смущайтесь и дома. Садитесь как следует, у нас будет длинный разговор. — И, как всегда, спросил: — Вы курите?

— Курю. — Ланговой ответил и покраснел, чего с ним почти никогда не случалось.

— Вы почему покраснели?

— Я вспомнил свою первую встречу с вами. — Ланговой рассказал, как Дерибас подарил ему трубку. Все рассмеялись.

Дерибас достал портсигар и угостил Лангового. Закурили. Ланговой освоился и стал держать себя просто.

— Расскажите, пожалуйста, все подробно, — попросил Дерибас.

Ланговой рассказывал долго, и чекисты слушали не перебивая.

— Благодарю вас за службу, — сказал Дерибас, когда Ланговой закончил. — Мы зачислили вас в штат. Почему вы попросили срочно с нами встретиться?

— Вчера вечером, часов в одиннадцать, раздался условный стук в окно. Я вышел во двор. Там стоял китаец. Я пригласил зайти, но он отказался. Лицо обычное, на улице я бы не отличил его от других китайцев. К тому же в темноте плохо разглядел, но, когда Ольга открыла дверь, чтобы передать мне тужурку, так как было прохладно, она его тотчас узнала: это был тот самый человек, который подходил к ней на автобусной остановке. Он назвал себя Мишка Синегубый и спросил, что передать Доихаре. Я ответил, что пока ничего у меня нет. Хотя я, мол, и разговаривал с братом Ольги, но тот боится. Мишка назначил мне встречу через месяц у часовни. Сказал, чтобы я повторил предложение брату Ольги и не стеснялся в средствах.

— Сведения мы вам такие дадим, а вы запросите деньги, да побольше.

Ланговой удивился:

— Японцы могут отказаться.

— Ничего, не беспокойтесь. Поторгуйтесь, — Дерибас рассмеялся, — придется вам еще выступить и в роли коммерсанта. Без этого не обойтись. Если все будет дешево доставаться, то скорее вызовет подозрение.

— Ясно.

Возвратившись в управление, Дерибас приказал:

— Выявить все связи Синегубого. Пока никого не трогать.

* * *

Спустя месяц Доихара Кёндзи получил первую информацию о советской Дальневосточной армии:

«В районе Бикина дислоцируются кавалерийский полк и два пехотных батальона. Вооружение обычное: русская винтовка и сабля. У офицеров — наган. Артиллерии нет. Войсковые части подготовлены слабо, много новобранцев. В боевых сражениях не испытаны. Укрепления слабо оборудованы».

Посылая эту «информацию» Дерибасу для передачи японцам, Блюхер пояснил:

— Понимаешь, рано или поздно японцы на нас полезут. Нужно их помурыжить, а потом дать бой там, где удобно и выгодно нам. Дать такой бой, чтобы отбить желание лезть в будущем. Понял? Я хочу потянуть и подвести всю операцию к такому месту, где для нашей армии условия наиболее благоприятные. Но предварительно, с твоей помощью, потяну, дам еще несколько направлений…

— Понял. Задумано хорошо.

В штабе Квантунской армии поздравляли Доихару. Там готовились к рывку на север, выбирали плацдарм, где расположено меньше всего советских войск и куда не намечалось срочных перебросок. Подбирали долго и тщательно. Потом на своей стороне, в Маньчжурии, начали перегруппировку. На дальних подступах к Бикину японцы стали концентрировать войска, чтобы создать мощный кулак.

Когда все было подготовлено к нанесению удара, неожиданно войсковая разведка Квантунской армии донесла, что в район Бикина прибыли крупные части Блюхера. И с каждым часом силы Красной Армии возрастают. Они превосходят японские подразделения, и наступление провалится.

Командование Квантунской армии раздосадовано: замысел раскрыт. Нужно менять планы. Операция задержится на несколько месяцев. В Токио недовольны…

Доихара получает задание подобрать новое место для главного удара…

* * *

В квартире Грачева в Харбине состоялось заседание дальневосточного отдела ТКП. Здесь были члены комитета Шевченко, бывший полковник генерального штаба царской армии Евгений Никус, доктор Спасский — местное медицинское «светило» — и профессор Устрялов. Обстановка была сугубо семейная. За чашкой чая собравшиеся слушали информацию Гриши, недавно вернувшегося из Советского Союза. Гриша старался рассказывать «объективно», так, как ему советовал Белых.