«ПРОСНИСЬ!» – знакомый, всепоглощающий голос прогремел в библиотеке.

Голос, которому здесь было не место.

«– Ты не такая, как они, Вайолет. Это не твой путь. – Папа одарил меня извиняющейся улыбкой. Той, которая обычно возникала на его лице, когда он сочувствовал, но ничего не мог сделать. Когда мама делала выбор, с которым он был не согласен. – И это к лучшему. Твоя мама так и не поняла, что, хотя всадники стали оружием нашего королевства, именно писцы обладают реальной властью в этом мире».

«Проснись, пока ты не умерла!»

Книжные полки в библиотеке задрожали, и мое сердце замерло.

«Сейчас же!»

Я открыла глаза, и сон улетучился. Я была не в библиотеке. Я была в своей комнате в квадранте нае…

«Двигайся!» – закричал Тэйрн.

– Блядь! Она проснулась!

Лунный свет отразился от меча, пронзающего воздух надо мной.

Ох. И вправду, блядь. Я перекатилась на другую сторону кровати, но недостаточно быстро, и клинок врезался в край моей спины с такой силой, что даже толстое зимнее одеяло не смогло погасить силу удара.

Но выплеск адреналина тут же заглушил боль, а меч отскочил в сторону, не в силах рассечь драконью чешую.

Мои колени врезались в твердый деревянный пол, и я сунула руки под подушку. Вытащила два кинжала, выпуталась из одеяла и вскочила на ноги.

Проклятье, как они смогли отпереть мою дверь?

Смахнув с лица спутанные волосы, я встретилась со взглядом расширенных, потрясенных глаза бездраконного первокурсника, и он был тут не один. В мою комнату пробрались семь курсантов. Четверо – бездраконные мужчины. Трое – такие же женщины… Тут я задохнулась от узнавания – нет, не трое, а двое – третья же кинулась к двери и захлопнула ее уже снаружи.

Это она отперла дверь. Другого объяснения не было.

Все остальные были вооружены. И полны решимости убить меня. Все они стояли между мной и незапертой дверью. Я сжала рукоятки кинжалов, а сердце бешено заколотилось.

– Полагаю, если я попрошу по-хорошему, вы не уберетесь из моей комнаты?

Мне придется драться, чтобы выбраться отсюда живой.

«Отойди от стены! Не позволяй им загнать тебя в угол!»

Хорошая мысль. Но в этой крошечной комнатке не так уж много мест, куда можно отойти.

– Проклятье! Я же говорил тебе, что ее броня непробиваема! – прошипел Орен и шагнул к двери, блокируя мне выход из комнаты. Гребаный мудак.

– Нужно было убить тебя во время Молотьбы, – вслух призналась я.

Дверь закрыта, но наверняка кто-нибудь услышит, если я закри…

Одна из девушек бросилась на меня, прямо по кровати, а я уклонилась от ее удара, скользнув спиной по ледяному стеклу. Окно!

«Оно слишком высоко. Ты упадешь в овраг, а я не смогу добраться туда настолько быстро!»

Значит, не окно… Другая девушка метнула нож. Он разорвал рукав рубашки и воткнулся в дверь шкафа, но не задел руку. Я крутанулась, оставляя обрывок ткани пришпиленным к дереву, выхватила кинжал и бросила его, обогнув край кровати. Он попал ей в плечо, в мою любимую цель, и девушка упала с криком, зажимая рану.

Остальное оружие хранилось возле двери. Блин. Дерьмо. Дерьмо.

«Хватит кидать ножи. Оставь последний при себе!»

Для того, кто ничем не может помочь, Тэйрн слишком авторитетно высказывал свое ценное мнение.

– Нужно целиться в горло! – завопил Орен. – Я сам сделаю это!

Я перекинула клинок в правую руку и отразила сначала одну атаку слева, рассекая предплечье врага, а затем вторую, справа, вонзив кинжал в бедро парня. Потом ударила третьего в живот ногой, когда он напал, и отправила его в полет на кровать. Его меч улетел вместе с ним.

Но теперь я оказалась зажата в углу между письменным столом и шкафом. Проклятье, их было слишком много. И все они бросились ко мне в одно и то же гребаное мгновение.

Кинжал выбили из моей руки с ужасающей легкостью, и мое сердце замерло, когда Орен схватил меня за горло, притягивая к себе. Я пыталась врезать ему по колену, но мои босые ноги никак не могли нанести серьезный удар. Орен поднял меня с пола, перекрывая доступ воздуха, и я забилась, пытаясь дотянуться до опоры хотя бы кончиками пальцев.

Нет. Нет. Нет.

Я впилась пальцами в его руку, ногти прорвали его кожу, и я принялась царапать что есть силы, пуская кровь. Наверное, у него потом останутся шрамы, но прямо сейчас его хватка не ослабевала. Он сжимал мое горло все сильнее.