– Дай угадаю. Ты узнаешь, если я расскажу?

– Да, – мелькнула очередная усмешка, и я отвернулась раньше, чем он заметил, что я пялюсь.

– Пообещаешь мне еще одну услугу? – Путь пошел в гору, причем резко.

Каждый мой вдох напоминал о том, что случилось меньше часа назад.

– Одной моей услуги больше чем достаточно, и мы достигли статуса гарантированного взаимного уничтожения, Сорренгейл. Ты можешь идти или мне тебя нести?

– Больше похоже на оскорбление, чем на предложение.

– Соображаешь. – Но он все-таки замедлил шаг.

Земля под ногами закачалась, как от землетрясения, но я все понимала. Это последствия боли и стресса. Ноги подогнулись.

Рука Ксейдена подхватила меня за талию, подтянула вверх. Меня бесило, как его прикосновение ускорило мое сердцебиение, но я все же не возражала. Не хотелось быть ему благодарной ни за что, но, блин, как же вкусно от него пахло мятой.

– Чем вы вообще занимались сегодня ночью?

– Почему ты спрашиваешь? – Его интонация явно намекала, что этого делать не стоит.

Переживет.

– Ты успел ко мне за какие-то минуты – и был одет явно не для сна.

Еще и с мечом на спине, вэйнитель его побери.

– Может, я тоже сплю в доспехах.

– Тогда лучше спи с кем-нибудь понадежней.

Он фыркнул, и на миг на его лице промелькнула светлая улыбка. Искренняя. Не фальшивая натянутая ухмылка, к которой я уже привыкла, или нахальная усмешка. Охренительно умопомрачительная улыбка, к которой я оказалась не готова. Впрочем, миг – и ее уже не было.

– Так, значит, не ответишь? – спросила я.

Я бы рассердилась, если бы все так не болело. И даже нет смысла спрашивать, зачем он потащил нас к Тэйрну, если я могу мысленно поговорить с ним, когда пожелаю.

Если только он сам не хочет поговорить с Тэйрном, а это, конечно… нагло.

– Нет. Это дела третьекурсников.

Он отпустил меня у каменной стены в конце туннеля. Пара жестов – и снова раздался щелчок, с которым открылась дверь.

Мы вышли на леденящий ноябрьский воздух.

– Какого хрена, – прошептала я.

Дверь была врезана в гору валунов на восточной стороне поля.

– Она замаскирована. – Ксейден взмахнул рукой – и дверь закрылась, слившись со скалой.

Теперь я узнала в приближающемся шуме размеренное биение крыльев и подняла глаза, увидев, как три дракона, приземляясь, затмевают звезды. Под нами содрогнулась земля.

«Видимо, командир крыла хочет поговорить?» – Тэйрн ступил вперед, за ним следовала Сгаэль, тесно сложив крылья и сощурив золотые глаза на меня.

Андарна быстро просеменила вперед между когтями Сгаэль. Последние пару десятков футов она проскользила, вскапывая когтями землю, чтобы остановиться ровно передо мной и опустить нос к моему боку. Мой разум затопило волнение – которое не было моим.

– Без переломов, – успокоила я, поглаживая ее неровную голову. – Просто синяк.

«Уверена?» – спросила она с широкими от тревоги глазами.

– Насколько это возможно, – я выдавила улыбку.

Все-таки стоило доплестись сюда посреди ночи, чтобы утешить ее.

– Да, я хочу поговорить. Что за силы ты ей транслируешь? – требовательно заявил Ксейден, вперившись в Тэйрна глазами так, будто это… не Тэйрн.

М-да. Нагло. У меня мышцы закаменели в ожидании, что Тэйрн спалит Ксейдена за дерзость.

«Не твое дело, что я выбираю транслировать своей всаднице», – пророкотал Тэйрн.

Отлично поговорили.

– Он говорит… – начал я.

– Я слышал, – оборвал меня Ксейден, не удостоив взглядом.

– Что? – Мои брови взлетели так высоко, что, кажется, уперлись в линию роста волос.

Андарна вздрогнула и отступила к остальным. Драконы ведь общаются только со своими всадниками. Так меня всегда учили.

– Это целиком и полностью мое дело, если я должен ее защищать, – возразил Ксейден, повысив голос.

«Я тебя известил, человек».

Голова Тэйрна ходила туда-сюда змеиными движениями, из-за чего я напряглась. Он был более чем взволнован.

– И я еле успел, – Ксейден отрывисто говорил сквозь зубы. – Приди я на полминуты позже – и она была бы мертва.