«Был бы большим молодцом, если бы знал, как дать этим тварям отпор», – подумал Джоэл, но вслух произнес совершенно другое.

– Получается, Экстон – рифматист?

– Да, – подтвердил Фитч. – Его исключили на одном из начальных курсов. Такое случается очень редко, но в случае с Экстоном… В общем, у академии возникли с ним определенные трудности.

– Припоминаю… Кажется, вы рассказывали о нем Мелоди, – отозвался Джоэл. – Профессор… Можете начертить для меня этот новый рифматический символ? Тот самый, с четырьмя спиралями?

– Прямо сейчас? – удивился Фитч.

– Ну да.

– Джоэл, дорогой, тебе нужно отдохнуть, – вмешалась мать.

– Профессор, всего один рисунок, – взмолился Джоэл. – Обещаю, затем я сразу лягу спать.

– Что ж, будь по-твоему, – согласился Фитч, доставая мелок.

Профессор опустился на второе колено и начал рисовать.

– Имейте в виду, что этот символ поглощает все звуки вокруг, – пояснил Джоэл.

– Откуда тебе знать?.. – спросил Фитч, заканчивая рисунок и с изумлением сознавая, что его голос стал вдруг значительно тише.

Профессор удивленно моргнул и воззрился на Джоэла.

– А это уже кое-что… – произнес Фитч, но слова его доносились откуда-то из далекого далека.

Джоэл глубоко вдохнул и что было мочи крикнул «я же говорил!», но услышал лишь свой едва различимый хрип. Он повторил то же самое шепотом и обнаружил, что слышит себя вполне хорошо.

– Просто потрясающе! – распылив символ, воскликнул Фитч.

Джоэл согласно кивнул.

– Символы, которые мы находили на местах преступления, к нашему появлению уже не работали. Думаю, это связано с тем, что они имеют свойство со временем утрачивать свой рифматический потенциал или что-то вроде того…

– Джоэл… – произнес Фитч. – Ты хоть осознаешь, что раскрыл тайну, над которой твой отец бился почти всю жизнь?

– Было не так уж и сложно, – сказал Джоэл и вдруг почувствовал невероятную усталость. – Кроме того, это не совсем моя заслуга – подсказку мне дал мой убийца.

Ранним утром следующего дня инспектор Хардинг арестовал Экстона. Новость Джоэл узнал от Фитча, когда они пересекали лужайку, направляясь к собору, где вскоре должна была состояться церемония посвящения. Миссис Саксон ни на секунду не выпускала руки Джоэла, точно боялась, что откуда ни возьмись выскочит неведомый зверь и похитит ее сына.

– Экстона арестовали?.. – возмутился Джоэл. – Но какой у него мотив?

– Гм… Не всем убийцам нужен мотив, Джоэл. Я прекрасно понимаю твое негодование, ведь Экстон был другом и мне. Но надо признать, что он никогда не любил рифматистов. А с тех пор, как его исключили, и подавно.

– Но если Экстон так ненавидит рифматистов, зачем ему работать в академии?

– Людей, подверженных жгучей ненависти, зачастую непреодолимо тянет к объекту неприязни, – объяснил Фитч. – Ты же сам видел рисунок Чарльза. Мужчина в котелке и с тростью – вылитый Экстон!

– Ничего подобного! – возразил Джоэл. – В нашем городе у каждого встречного котелок! А трость – у каждого второго! Таких людей на улицах хоть пруд пруди! Разве может какая-то зарисовка послужить достаточным доказательством для обвинения человека в преступлении?

– Экстон знал домашние адреса студентов-рифматистов, – сказал Фитч. – У него был доступ к личным делам.

Джоэл примолк. Это показалось ему довольно веским аргументом. Но мог ли Экстон совершить все эти преступления? Всегда ворчливый, но добродушный Экстон?

– Сынок, не волнуйся, – сказала мать. – Если он невиновен, уверена, суд его оправдает. Ты лучше думай о предстоящей церемонии. Чтобы пройти обряд инициации, тебе нужно сосредоточить мысли на Мастере.

– Нет, мне нужно переговорить с Хардингом. Мой обряд инициации…

«Мой обряд инициации не может ждать, – закончил про себя Джоэл. – Я не наступлю снова на те же грабли! Но и разговор с Хардингом не терпит отлагательств…»

– Где сейчас инспектор? – спросил Джоэл.

Хардинга и других полицейских они застали в здании администрации. Инспектор руководил обыском. Ректор Йорк стоял в сторонке. Судя по выражению его лица, происходящее ему совершенно не нравилось. Подле него всхлипывала Флоренс.

– Джоэл! – помахала она рукой. – Скажи им, что это безумие! Экстон и мухи не обидит! Он ведь такой лапочка!

Полицейский шикнул на нее и продолжал допрос, обращаясь то к ректору, то к ней. Инспектор Хардинг стоял в дверях кабинета Йорка и перелистывал какие-то записи. Когда Джоэл приблизился, он поднял взгляд и воскликнул:

– А вот и он! Наш юный герой! Разве у тебя нет других важных дел? Впрочем, даже хорошо, что ты забежал! Меня вдруг посетила мысль, что негоже тебе разгуливать без охраны! Сейчас же отрядим парочку офицеров, чтобы сопроводили тебя до собора.