Ничего не произошло. Джоэл поднялся с колен. В большинстве случаев дети, не успев зайти в палаты инициации, уже выходили. Оставаться и чего-то ждать смысла не было. Либо он сумеет наделить свой рисунок рифматической силой, когда покинет эту комнату, либо нет.

Джоэл повернулся, чтобы уйти, как вдруг краем глаза заметил, что за спиной у него кто-то стоит.

От неожиданности он даже подпрыгнул, споткнулся и чуть не перекувырнулся через алтарь. За спиной высилось ослепительно белое существо с него ростом. Создание походило на человека – невероятно тонкого человека с длинными руками и завитком вместо головы. В руке оно сжимало предмет, напоминавший лук. Выглядело существо примитивно – точно оживший наскальный рисунок, что находят археологи в древних пещерах. В отличие от меллингов, создание не стелилось по полу или стенам, а стояло на своих двоих.

Джоэл вдруг припомнил, что прежде читал о подобных созданиях. В одной книге путешественник рассказывал, как наткнулся в каньоне на танцующих наскальных человечков.

Однако существо не двигалось. Джоэл нерешительно склонился набок, посмотрел на создание под другим углом и обнаружил, что с такого ракурса оно совершенно невидимо.

Джоэл взглянул на существо под прежним углом. Зачем оно здесь? Неуверенно шагнув вперед, он протянул руку, немного помедлил, а затем все-таки осмелился прикоснуться к созданию. Существо вздрогнуло. Точно меллинг, оно припало к полу и слилось с мрамором. Джоэл едва успел отшатнуться, когда существо ринулось вперед, а затем исчезло в тени алтаря.

Джоэл бухнулся на колени и разглядел у основания алтаря щель, за которой царил беспросветный мрак.

– Нет, нет!.. – зашептал Джоэл, протягивая руку вслед. – Пожалуйста, вернись!

Он простоял на коленях едва ли не час. Наконец в дверь, ведущую к выходу, постучали.

Джоэл открыл ее и обнаружил на пороге преподобного Стюарта.

– Идем, дитя, – произнес он. – С минуты на минуту появятся другие претенденты в рифматисты. Чему быть, того не миновать. Нам остается лишь удостовериться.

Викарий протянул мелок.

Джоэл перешагнул порог в полном смятении чувств. Увиденное потрясло его до глубины души. Онемевшими пальцами он взял мелок и опустился на колени рядом с каменной плитой, служившей для проверки способностей новоиспеченных рифматистов. Подошла Мелоди, а следом за ней – профессор и мать.

Джоэл провел мелком по камню, выводя линию запрета. Мелоди нетерпеливо вытянула руку, но Джоэл уже знал, что чуда не произойдет.

Не встретив преграды, ладонь Мелоди оказалась по ту сторону линии. Лицо ее вытянулось и побледнело.

– Что ж, дитя… – озадаченно произнес преподобный Стюарт. – Похоже, у Мастера на тебя другие планы. От его имени я провозглашаю тебя полноправным членом монархической церкви.

Викарий помедлил и добавил:

– Ступай и не воспринимай это как поражение. Да направит тебя Мастер на путь истинный. Путь, какой он уготовил тебе.

Преподобный Стюарт слово в слово повторил напутственную речь, которую произнес восемь лет тому назад.

– Нет, не может быть! – воскликнула Мелоди. – Что-то пошло не так! На этот раз… На этот раз все должно было получиться!..

– Мелоди, все нормально, – произнес Джоэл, поднимаясь на ноги.

На него навалилась невероятная усталость. От столь сокрушительного поражения даже дышалось с трудом. Все, чего Джоэл хотел, так это побыть в одиночестве. Он повернулся и побрел из собора обратно в кампус.

Джоэл проспал большую часть дня. Естественно, к но- чи сна не осталось ни в одном глазу, поэтому ложить ся в постель он даже не пытался. Джоэл сидел за отцовским верстаком, а за спиной на стене жужжал заводной светильник.

Убрав книги со столешницы, он разложил отцовские записи, заметки и лучшие мелки, когда-либо сделанные отцом. Записи и эскизы уже не казались чем-то важным.

«Тайна раскрыта, проблем больше нет, а я не стал рифматистом и подвел отца… – подумал Джоэл и тут же осадил себя. – Хватит! Прекрати жалеть себя!»

Захотелось вдруг опрокинуть верстак, закричать и растоптать мелки в пыль.

Как он посмел надеяться? Он же прекрасно знал, что лишь единицы становятся избранными!

Сколько же в жизни разочарований! Джоэл часто задавался вопросом, как человечество умудряется оставаться на плаву? Неужели те редкие моменты, когда все идет как надо, скрадывают тяжесть бытия?

Все закончилось тем, с чего и началось. Джоэл осознал, что вряд ли сможет продолжить обучение после академии Армедиуса. Его успеваемость практически по всем дисциплинам оставляла желать лучшего. Слабая, едва теплившаяся надежда, что он найдет способ стать рифматистом, теперь угасла окончательно.