– Что-то не так, - прошептал он.
– Мы не одни.

Они находились почти в центре города, в скоплении столетних зданий из красного кирпича, разделенных узкими переулками. Магазины закрылись несколько часов назад, и уличные фонари были разбросаны по всей улице. Тени, темные и угрожающие, таились повсюду.

Лина не стала тратить время на расспросы, откуда ему это известно. Придвинувшись к нему поближе, она осмотрела пустые улицы и тротуар прищуренными глазами.

– Где?
– прошептала она.

– Я не уверен, - ответил он.
– Подожди секунду. Я собираюсь кое-что попробовать.

Глаза Майкла засверкали серебром, и он послал каменную песню, разлетевшуюся от него во все стороны. Странная нота раздавалась неподалеку, непрерывно царапая его сознание, позволяя легко определить источник среди гула бетона.

Его глаза выцвели и стали карими, и он указал на переулок между двумя офисными зданиями.

– Вон там.

Не успел он договорить, как из темного переулка появились пять черных собак. Они были огромными, каждая размером со взрослого льва, с длинными волчьими мордами и мускулами, бугрящимися, как стальные тросы, под их темными шкурами. Они рассредоточились по мере приближения, двигаясь к Лине и Майклу группой в форме полумесяца.

– Святой великан Куджо, - поперхнулась Лина.
– Откуда они взялись?

– Не знаю, - сказал Майкл.
– Давай просто отойдем, но не слишком быстро. Мы не хотим их напугать.

– Напугать их?
– Лина усмехнулась.
– Ты пытаешься быть смешным?

Первая собака ступила под уличный фонарь. У собаки были карие и зеленые глаза.

– О, дерьмо, - сказал Майкл.
– Эм, Лина?

– Не говори мне. Гигантские собаки тоже Вен?

Он кивнул.

– Бинго. Помнишь, что я говорил о том, чтобы не двигаться слишком быстро?

– Да.

Гигантские гончие бросились к ним.

– Забудь об этом. Беги, спасай свою жизнь!

Развернувшись на пятках, он бросился прочь. Лина отставала всего на шаг. Но собаки были быстрыми, и Майклу потребовалось всего несколько секунд, чтобы понять, что они не смогут убежать от них. Они должны были найти место, где можно было бы спрятаться.

– Сюда, Лина.
– Он нырнул в переулок между парикмахерской Пита и мебельным магазином Флинтвилля.

Собаки были прямо за ними, но их численность сработала против них в начале узкого переулка, сбив их в кучу и замедлив продвижение.

Майкл остановился, чтобы опрокинуть пару мусорных баков, чтобы отбить охоту за ними, и Лина пронеслась мимо него.

Большой мусорный контейнер перегородил весь переулок впереди, кроме узкой части. Лина, не сбавляя скорости, перепрыгнула через мусорный бак, и он протиснулся мимо мусорного контейнера позади нее.

– Давай, - сказал он.
– Они прямо за нами.

– Я не могу.
– Лина указала вперед, на глухую стену в пятидесяти футах за мусорным контейнером.
– Тупик.

Выхода не было. Они оказались в ловушке.

Гончие Вена разобрались сами с собой. Пара за парой они спускались по аллее с поднятыми дыбом шерстью и неприкрытым голодом, сверкающим в их разномастных глазах.

Майкл шарил по земле в поисках какого-нибудь оружия - трубы, кирпича, чего угодно. Все, что он увидел, были разорванные картонные коробки и пластиковые бутылки из-под газировки.

– Сделай что-нибудь, - сказала ему Лина.

Майкл недоверчиво посмотрел на нее.

– Например, что?

Она сильно ударила его по руке.

– Ой! Для чего это было?

– Что ты имел в виду под «например, что»?
– требовательно спросила она.
– Сделай это со спецэффектами и разбей этих дворняг. Ну, знаешь, как у фонтана.

Майкл потер свой пульсирующий бицепс.

– Я не могу сделать этого здесь.
– Это было не совсем правдой. Кирпичи взывали к каменной песне гулом, лишь немного отличавшимся от шума улицы или тротуара. Возможно, он и смог бы остановить собак, но если он потеряет контроль и начнет что-то ломать, он может похоронить их всех под тонной кирпича.
– Если я использую здесь каменную песню, я могу убить нас обоих.

Первая собака обошла мусорный контейнер.

Лина прижалась спиной к стене позади себя.

– Мы все равно умрем, если ты что-нибудь не сделаешь! Ты должен попытаться.

Другие гончие начали обходить мусорный контейнер, и вожак сделал шаг к ним.

Глаза Майкла посеребрились.

– Ты победила, Лина.
– Прижав ладони к стене позади себя, он выпустил серебряное пламя в кирпич. Слившись с кирпичом и раствором, он распространил каменную песню по всей длине переулка до улицы и глубоко вздохнул.
– Скрести пальцы. И не говори, что я тебя не предупреждал.