– Мне все еще нужно позвонить в полицию.
– Майкл отряхнул штаны и направился к подъездной дорожке. – Дом миссис Финч находится через дорогу. Мы можем позвонить оттуда.

– Берегись!

Лина обхватила Майкла за талию, повалив его на землю. Что-то пронеслось у него над головой и ударилось о дуб, рассыпав сноп искр.

Лина спрыгнула с него, и он вскочил на ноги. Трехфутовый стальной прут дрожал на дереве рядом с ними, выбрасывая из древка электрически-голубые искры.

Рядом с гаражом Череполицый опустил что-то похожее на гарпунное ружье. Повернув оружие так, чтобы дуло было обращено к небу, он вытащил другой стержень из цилиндрического черного колчана у себя на поясе и вставил стержень в ствол.

– Сюда, - сказал Майкл Лине.

Он побежал к забору в задней части двора, убедившись, что дуб находится между ними и шоковой винтовкой Череполицего. Миссис Финч дома не было. Ему придется найти другой способ заручиться помощью Уиффлов.

Забор для уединения был высотой в шесть футов. Лина преодолела барьер, как газель. Ухватившись за верхушку ограждения, Майкл подтянул подбородок, перекинул один локоть через край барьера и подтянулся до конца. Во дворе позади него раздался лязгающий треск, за которым последовали ядовитые ругательства.

Майкл ухмыльнулся. Череполицый, должно быть, споткнулся о мусорные баки.

– Это должно его замедлить.

Перевалившись через забор, он упал в огород, за которым присматривала дюжина керамических гномов. В нескольких футах от него Лина нервно подпрыгивала на цыпочках.

– Да ладно тебе. Он прямо за нами.

Майкл поправил рюкзак. Они находились во дворе Нельсонов, чванливой пары, с которой он познакомился лишь мельком, когда только переехал сюда.

– Подожди секунду. Я размышляю.

Уиффлам нужна была помощь, но если он попытается разбудить Нельсонов, они могут не ответить или, что еще хуже, могут подумать, что они с Линой разыгрывают какую-то подростковую шалость.

– В чем задержка?
– настаивала Лина.
– Ты хочешь, чтобы тебя поймали?

– Сначала я должен позвонить в полицию, - сказал Майкл. Он кивнул в сторону дома Нельсонов.
– Дело в том, что я не так уж хорошо знаю этих людей. И я не хочу стоять рядом, пытаясь убедить их, в то время как мохнатый зверочеловек и какой-то парень с электрическим гарпунным ружьем преследуют нас.

Лина принялась лихорадочно шарить по карманам. Ее лицо исказилось от разочарования.

– Отлично. Я потеряла свой мобильный телефон.

Майклу даже в голову не пришло воспользоваться мобильным. У него никогда его не было. Ему нравилась его свобода, и телефон просто позволил бы Уиффлам пристальнее следить за ним.

– Нам просто придется разбудить соседей.

– Хорошо.
– Подхватив садового гнома, Лина трусцой направилась к дому.

– Что ты делаешь?

– Вызываю полицию.
– Отведя руку, она бросила гнома в кухонное окно Нельсонов. Раздался ужасный грохот. На втором этаже вспыхнул свет, и где-то внутри начала кричать женщина.

Отряхнув грязь с рук, Лина повернулась к Майклу.

– Проблема решена. И что теперь?

Судя по тревожным крикам Нельсонов, Майкл решил, что Лина была права. Если бы летающие садовые гномы, разбивающие окна, не вызвали сюда полицию в спешке, ничего бы не вызвало.

– Хорошо, - сказал он. – Пойдем.

Лина последовала за ним со двора по подъездной дорожке на улицу. Там они повернули направо, направляясь на восток, к центру города.

Он сделал для Уиффлов все, что мог. Теперь ему нужно было решить, что делать с Линой и путеводным камнем. Без кукольного человечка был только один человек, который мог бы помочь.

Когда они свернули на Мейн-стрит, Лина спросила:

– Куда мы направляемся?

Майкл бросил на нее кислый взгляд. Они бежали изо всех сил. У него уже сильно кололо в боку, но Лина даже не дышала тяжело.

– Мост, - выдохнул он, тяжело дыша.
– У меня... друг… может... помочь нам.

Лина озорно улыбнулась.

– Хочешь, чтобы я притормозила?

– Очень... забавно.

– Просто предложение, - сказала Лина, все еще улыбаясь.
– Я думала, вы, мальчишки, должны быть крутыми.

Майкл резко остановился.

Лина прошла еще пару шагов, затем остановилась и вернулась.

– Я просто пошутила. В любом случае, сейчас не время быть таким чувствительным.

– Дело не в этом. Каменная песня... в ней что-то есть...

Он запинался, пытаясь объяснить. С момента пробуждения каменной песни музыка постоянно звучала в его голове, странная мелодия, которую он научился по большей части игнорировать. Теперь к песне присоединился странный новый аккорд, диссонирующая нота, которой здесь не место.