Да, я бы жила в таком доме с радостью. Это не сруб из лиственницы, но… не хуже, вот.

— Госпожа Женевьев, куда нам дальше? — спросил Фелисьен.

Я глянула на Мари.

— Пойдёмте, — она потянула меня в дальнюю комнату.

Там стояли сундуки, девять штук. Под заклятием, между прочим. Я развеяла то заклятье, и подошла. Большие, тяжёлые.

— Забираем всё, — скомандовала Фелисьену.

Наверное, там то, что нам нужно. Но Мари тянула меня за руку обратно в спальню, и я пошла за ней, совершенно бездумно.

— Где-то здесь был тайник, — прошептала она. — Его тоже скрыли.

Я зажмурилась и сосредоточилась. Женевьев, помогай. Или кто тут ещё есть. А что есть у меня?

Изнутри к лифу я приколола булавку — давно, ещё в Поворотнице. Сейчас же порадовалась, вытащила и проколола палец. И капнула кровью на паркет.

— Если слышите, помогайте. Здесь, конечно, как бы цивилизация, но такая себе.

— Что вы, госпожа Женевьев! Зачем на паркет! Ой, что это? — ахнула Марьюшка.

Я посмотрела — у изголовья засветилось. Отдёрнула вуаль, забралась с ногами на кровать и отодвинула подушки.

Тайник был сделан в стене, но — за кроватью. Аккуратное отверстие в деревянных панелях и в тканевых обивках. И — никакого ключа.

Поскребла ногтем — не открывается. Выдавила ещё одну каплю крови, намазала на дверцу — помогло. С тихим щелчком она отошла.

Внутри — две небольших шкатулки, мешочек и пачка бумаг. В одной шкатулке лежали камни — разные, бриллианты тоже были. В другой — украшения. В мешочке — золотые, очевидно, монеты. Бумаги потом посмотрю. Я выгребла всё это и сунула Марьюшке.

— Держи крепко, неси домой и никому не показывай.

— А вы?

— Сейчас поглядим.

Тем временем Фелисьен и Северин перетаскали в Лимей половину сундуков. Мари, послушная моему слову, ушла с содержимым тайника. Жанна рассматривала дом, Асканио и Дуня помогали магическим образом поднимать сундуки и направлять их в портал.

Осталось два сундука, когда из теней проявилась Меланья.

— Там люди с оружием, подходят к дверям! Много!

И мгновением позже раздался громкий стук в те самые двери.

— Открыть, именем республики!

Кого ещё там принесло?

Наверное, я сказала это вслух, потому что Жанна совершенно спокойно пожала плечами.

— Национальная гвардия. Уж не знаю, сами они шли мимо и увидели, или им донесли, что дом, в который не могли попасть, взялся из ниоткуда.

Зачем нам Национальная гвардия? Вот вообще низачем.

— Я правильно понимаю, что разговаривать с ними бесполезно?

— А зачем с ними разговаривать? — не поняла Жанна.

Она как-то прикрылась и смотрела на улицу через зарешёченное окошко в двери.

— Ну там чтобы убирались восвояси, — усмехнулась я.

Пошла к дверям, прислушалась. Дверь, кстати, выглядела хорошо — могучая, деревянная, закрытая изнутри на весьма приличный засов.

— Ваше высочество, идёмте уже, — за мной пришёл Фелисьен.

— Давайте спросим, какого… дьявола, — шепнула я ему. — Всё унесли?

— Последний ящик тащат, привлекли слуг из Лимея.

— Вот и славно. У нас ещё дело, понимаете?

— Потом сделаете, в другой раз.

— Другого раза может не быть, — покачала я головой.

За этот-то придётся с Анри объясняться, чуяло моё сердце.

Прихромал Асканио, послушал, как пнули в дверь снаружи, а потом отошли и принялись переговариваться.

— Да есть там кто-то, раз дом появился, значит, непременно есть! Заклятье-то нарушено, а то мы бы так и не видели ничего!

— Маркиза-то неплохо жила, глянь — шторочки-оборочки.

— Ну так ты был бы рогановской подстилкой, тоже неплохо жил бы! Там не только оборочки, а и деньги, наверное. Говорят — золотая ванна и зеркал из Фаро сто штук.

— Там где вешать сто штук, это тебе не дворец Роганов, домик-то невелик!

— Невелик, да хорош, сам бы пожил в таком!

— О, гражданин маг пришёл! Смотрите, гражданин маг, дома ещё утром не было, а теперь — есть!

Фелисьен нахмурился.

— И какой подлый предатель стал на них работать, хотел бы я знать!