Наткнувшись на нужный канал, я сжимаю в обеих руках пульт и пялюсь на экран, даже не прислушиваясь к болтовне диктора, который забыл, что между словами нужно делать паузу.

На табло остается всего минута до конца, и счет игры говорит о том, что сейчас между «Пантерами» и «Воронами» ничья.

– Брайан! – вскрикивает Мэйбл. От ее визга я подкидываю пульт.

– Ты ненормальная? Зачем так визжать, Ганстьянс? – смотрю на нее недовольным взглядом, но она не обращает на меня никакого внимания. Возвращаю глаза на экран, и именно в этот момент двадцать девятый перехватывает шайбу, сбивая одного из противников с ног.

Ангелочек выглядит чертовски сексуальным в этой форме. Сердце отбивает бешеный ритм, стоит мне вспомнить о сексе с ним.

Пляж в Майами. Шум волн. Его рваное дыхание. Прикосновения. Безумные поцелуи. Он сказал, что…

– ВОТ ЖЕ ЧЕРТ! – кричит на весь дом Мэйбл, возвращая меня в реальность. – Ты видела эту шайбу, Ханна?!

Диктор: СУМАШЕДШАЯ ИГРА! ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТЫЙ НОМЕР ЗАБИВАЕТ ТРЕТЬЮ ШАЙБУ ПОДРЯД ИИИ… – звучит громкий визг сирены, означающий конец последнего периода, который добавляет ему еще больше восторга. – КОМАНДА «ВОРОНОВ» ВЫИГРЫВАЮТ У «ПАНТЕР» СО СЧЕТОМ 6:5!

Вскрикиваю, поднимаясь с дивана, и начинаю исполнять танец Уэнсдей. Ганстьянс подхватывает инициативу незамедлительно. Мы синхронно машем руками, пялясь друг на друга взглядом исподлобья. Ровно до того момента, пока я не вспоминаю, что не собиралась показывать безумное счастье.

Хмыкаю и останавливаюсь, выискивая глазами пульт, пока Мэйб продолжает исполнять наш фирменный танец в одиночку.

– Где гребаный пульт? Помоги мне его найти!

Хожу вокруг дивана и заглядываю под комод, пока не замечаю его возле вазы с декоративной пальмой. Быстрым шагом подхожу к нему, поднимаю и только собираюсь выключить игру, как начинается интервью с какой-то загорелой куклой и моим-не-моим-двадцать-девятым.

– Брайан, вы отлично играли. Три крученых за матч – это… – закатываю глаза, когда замечаю, как она строит ему глазки и прогибает спину вперед, чтобы ее и без того огромные сиськи, виднеющиеся даже с Марса, казались еще больше. Недовольно фыркаю и собираюсь выключить на хрен эту тупую курицу и своего бывшего парня. Но застываю не в силах сделать это, когда слышу его голос.

– Вы впервые смотрите хоккей? Три шайбы забьет даже ребенок. – Девушка приоткрывает рот и только собирается что-то сказать, как он продолжает: – Если вы не против, я присоединюсь к своей команде.

Он выглядит расстроенным. Больше – Разбитым вдребезги. Стертым в порошок.

Мои пальцы начинают дрожать, а сердце становится таким громким, что единственное решение, которое ко мне приходит, – прибавить звук на телевизоре, чтобы этого не услышала Мэйбл.

– Последний вопрос, Брайан, специально для ваших фанаток. Вы сейчас свободны или в отношениях?

Он снимает шлем, встряхивает влажными волосами и облизывая губы, ищет кого-то, оглядываясь по сторонам.

– Я собирался официально представить вам свою девушку, но она была очень занята и не смогла присутствовать на игре.

Он смотрит прямо в объектив. Взглядом, пробивающим любую защиту. Этот парень отлично играет в хоккей, но еще лучше он играет на моих дерьмовых чувствах.

Сглатываю сухость во рту, рассматривая его идеальные серые глаза.

– Если ты смотришь это, знай – я люблю тебя, маленькая ведьма.

Глава 33

?Shawn Mendes – Piece Of You

Брайан

Ночь перед отлетом была очень тяжелой. Во время второго тайма один из «Пантер» припечатал меня к гребаному ограждению так, что я почувствовал, как хрустят мои ребра и сжимаются все внутренности. Я ничего не сказал тренеру, потому что он мог усадить меня на скамью запасных и заменить на пятый номер, который не выходил на лед с соперником с начала сезона. К тому же этот хренов удар – исключительно моя вина.

Я не думал об игре, я думал только о Ханне. Искал ее глазами весь ебаный матч, цепляясь взглядом за любую похожую прическу каждый раз, когда вел шайбу к воротам противника. И это, между прочим, сильно изменило ход игры не в нашу пользу.

Я мог забить больше голов котикам, сделать больше передач и наработать своей команде очков, чтобы подняться выше в таблице перед Плей-офф. Но для меня это казалось таким, сука, чертовски неважным. Мне нужна была Ханна. Я, блять, нуждался только в ней!

Я хотел обнять ее, услышать фирменное «придурок» и увидеть улыбку, когда она показывает мне средний палец. Хотел почувствовать, как она волнуется за меня, складывая руки у пухлых губ в момент, когда я забивал шайбу в ворота противника в ее, черт дери, честь!

Ханна Уэндел украла у меня все. Мысли, разум и мое проклятое сердце.

Чувствую себя сладким растаявшим пончиком в клубничной глазури, когда рядом нет моей маленькой ведьмы. И это сводит меня с ума.

Блять… Я абсолютно не мог сосредоточиться на игре. Каждый перерыв проверял почту и все соцсети, ожидая, что она ответит. Ждал, что она придет и начнет снимать меня на телефон, сексуально прикусив губу, когда я подмигну ей в объектив.