Смена темы сработала, и вскоре за столом разгорелись громкие дебаты о предстоящем матче. Гермиона снова замолчала, но не упустила, как Хэмиш и Чарли обменялись многозначительными взглядами.

oOo

Грейнджер смотрела в окно на многочисленных Уизли, которые носились на метлах по саду Норы и близлежащему лугу. Обсуждение игры на следующей неделе, как это часто бывает, превратилось в призыв к импровизированному матчу. Все одновременно покинули стол и бросились на улицу, чтобы участвовать или наблюдать, но она осталась в доме, воспользовавшись возможностью несколько минут побыть в одиночестве и выпить кофе.

Она услышала шум позади себя и, обернувшись, увидела, что Рон спешит к задней двери, пытаясь натянуть свитер через голову, держа в руках метлу. У него не получилось ни то, ни другое, и метла с грохотом упала на пол.

— Давай помогу! — Гермиона вскочила и подняла метлу, пока он разбирался с одеждой.

— Спасибо, Гермиона, — сказал Рон, когда она протянула ему метлу.

Иногда ее все еще шокировало, какой он высокий. Может быть, дело в том, что они дружат с самого детства. Когда-то они даже были одного роста. Рон смотрел на нее какое-то время и, казалось, собирался что-то сказать, но потом просто слегка улыбнулся и направился к выходу.

— Рон, подожди!

Мерлин, да что такое сегодня с ее голосом, произносящим то, что мозг не санкционировал? Но Рон уже повернулся и вопросительно смотрел на нее. Гермиона глубоко вздохнула. Она знала, что ей нужно это сделать. Раз уж она смогла защищать Драко перед всей семьей Уизли во время воскресного обеда, то ей должно хватить смелости, чтобы поговорить с Роном о Уикхэме.

— Я хотела поговорить с тобой.

— Хорошо, но мне надо на поле, пока они не начали… — он выглянул в окно и нахмурился.

— Я хотела поговорить с тобой о Джеке Уикхэме, — продолжила Гермиона. Все, назад дороги нет.

Рон перевел взгляд на нее, и складка на лбу стала глубже.

— Что такое?

Отлично, он уже занял оборонительную позицию.

— Я… получила кое-какую информацию о нем. Достоверную информацию. Боюсь, он не очень хороший человек, Рон. И он проворачивал сомнительные финансовые сделки в прошлом. Я думаю, тебе нужно отказаться от сотрудничества с ним.

Его черты ожесточились.

— Откуда ты взяла эту информацию? Какие подробности? Кто источник?

Гермиона покраснела. Она знала, что эта часть будет сложной.

— Я не могу поделиться этим, но прошу тебя довериться…

Рон перебил ее:

— Потому что, если источник — твой конченый бойфренд-бывший Пожиратель смерти, мне это неинтересно. Джек рассказывал о своих проблемах с ним. Я даже не удивился. Все полностью соответствует тому, что я о нем знаю. Я бы сказал, что единственная неожиданность — это наш разговор прямо сейчас.

— Рон, ты меня знаешь. Знаешь мои суждения. Я бы не сказала тебе этого, если бы все было необоснованно.

— Вообще-то, Гермиона, я уже не уверен, что знаю тебя, — Рон покачал головой. — И после того, что я слышал о твоем «суждении» в последние несколько месяцев, думаю, что и не доверяю тебе больше, — он повернулся, чтобы уйти. — И я буду тебе признателен, если ты не станешь вмешиваться в мои дела в будущем, — бросил он через плечо, выходя из комнаты.

Гермиона плюхнулась на диван. Н-да, вот и поговорили. Дерьмо. И теперь ей придется сказать Гарри и Джинни, что она пошла против их плана «подождать и посмотреть» и это вышло боком — как они и подозревали. Отлично, Грейнджер. Но она почувствовала некоторое облегчение оттого, что завязала этот разговор. По крайней мере, возможно, Рон теперь будет настороже.

Она закрыла глаза и тяжело вздохнула.

— Ух ты, это был самый настоящий «как я задолбалась» вздох.

Озорной голос заставил Гермиону снова распахнуть глаза.

— Хэмиш!

Коренастый златовласый волшебник стоял в дверях, как всегда безупречный в своей твидовой кепке и красивом клетчатом шарфе нежно-лиловых и серых тонов.

— Привет, дорогая, я пришел присоединиться к Лиге безразличия к квиддичу. Я правда не могу больше с этими их мотаниями по полю. Невозможно сказать, кто на чьей стороне и что происходит, а потом все они летают высоко над лугом, и в течение десяти минут вообще ничего не видно, — он слегка вздрогнул.

Гермиона улыбалась под конец его тирады.

— Полностью согласна. И хорошо, что ты присоединился ко мне, потому что я только что поговорила с Роном и начала погружаться в депрессию.

— Да? О чем говорили?

— О том плане, про который он рассказывал за обедом. Я думаю, что все это не внушает доверия. Но он не хочет слушать.

— Честно говоря, оно и звучало немного сомнительно. Ты хороший друг, раз попыталась его предупредить. Но он взрослый человек. И если не хочет прислушаться к твоему совету, ты мало что сможешь сделать.