— Вот тебе, Лексана, и мимолётная слабость на день, — пробурчала, с волнением рассматривая подаренное Аланом украшение.

— Здорово же! — воскликнул домовой, тёмной дымкой воплотившись из жёлтого кристалла. — Наконец-то и твоя жизнь пойдёт в гору.

— Только вот я не планировала выходить замуж, — возразила, нервно затеребив руку. — Алану было бы куда лучше без меня.

Домовой осуждающе цокнул и закатил глаза.

— Опять за своё… Сколько раз напоминать? С русалочьим проклятьем ты не перестала быть человеком!

— Но это не значит, что я могу вот так просто открыть парню свой секрет. Вспомни, что не каждый в этом мире радушно относится к русалкам!

— Однако ты всё же человек, — напомнил страж, с умным видом подняв чуть кривой палец. — Несмотря на пережитые невзгоды, в твоём сердце всё ещё теплится добро, душа твоя чиста, а сама ты ценишь дружбу. Судьба впустила в твою жизнь очередной шанс на счастье… Так может стоит попробовать ухватить его покрепче, как быка за рога?

Оторвавшись от двери, я шагнула к домовому поближе.

— И что ты предлагаешь? Не могу же я вот так просто выйти замуж.

— А что тебя останавливает? — пожал плечами домовой. — Помнится, ещё с век назад у молодых девушек мнения особо и не спрашивали — отдали замуж и всё тут. Я же души людей насквозь вижу! Так что поверь: Алан паренёк хороший, и тайну твою он обязательно примет. А там, глядишь, и с исцелением поможет.

— Помнится, я уже думала о подобном. Лет двадцать назад при встрече с Владом, — добавила, с досадой посмотрев на календарь.

— Так, Лексана, а ну, выше нос! — скомандовал страж дома, протянув мне наплечную сумку. — Сходи-ка лучше развеяться, а там, глядишь, и мысли правильные в голову придут! Или лучше к Марии в гости загляни — может подруга тоже чего-нибудь дельное посоветует.

— А как же Дымчик? — размышляла я, с растерянным видом надевая сумку. — Его скоро надо будет кормить.

— Послежу я за пушистым, не переживай, — буркнул домовой, аккуратно помахав рукой над головой спящего котёнка, будто погладив. — Да и нравится он мне, так что голодом уж точно заморить не дам.

— Но…

— Никаких «Но»! — отмахнулся домовой, зашипев и замахав руками, словно прогоняя надоедливую муху. — Ступай отдохни. Чай за день не случится ничего, зато хоть может в мыслях чего прояснится.

Похоже, оправдываться бессмысленно. Пожав плечами, я вышла на улицу, заперла замок и, с досадой вздохнув, направилась к подруге. По дороге душу то и дело одолевали волнения и сомнения. Как там Дымчик? Накормил ли его страж дома? Не загонял ли домовой пушистого беднягу вусмерть? Что сейчас делает Алан? Придёт ли он завтра? И как долго мне удастся хранить от него русалочью тайну?

Вопросов было так много, что я не заметила, как добралась до нужного места. Во дворе у подруги было уже не так ярко, как раньше: цветов Мария с каждым годом высаживала всё меньше, отдавая предпочтение многолетним или же полевым растениям, в огороде были усеяны не все грядки, а брёвна дома в некоторых местах дали небольшие трещины. На участке, чуть заросшем травой, усердно колол дрова отец семейства. Его волосы цвета пшеницы, как и щетина на лице, уже давно разбавились сединой, а тело с виду казалось уже не таким сильным как раньше, но мужчина всё равно с неугасимым задором размахивал топором и складывал разрубленные поленья в сарай.

— Здравствуйте, красавица, — супруг Марии приветливо улыбнулся, держа в руках охапку дров. — По каким делам к нам в гости явились?

Ах да, он же меня снова не помнит… Который год подряд.

— Богдан, ты чего ж подругу мою не признал? — вопрошала хозяйка дома, выскочив на крыльцо. — Я же тебе после Ивана Купала дневники свои показывала.

— А, так к нам в гости Лексана-краса пожаловала? — мужчина забросил дрова в сарай, отряхнул руки и подошёл к супруге. — Любимая, ты ж портрет мне никакой не показывала, вот и не признал я подругу твою сразу.

Мужчина уж было потянулся, чтобы опалить щеку супруги поцелуем в знак просьбы о прощении, но хозяйка дома с усмешкой отмахнулась и подбежала к калитке.

— Я пока тут дрова поколю ещё, а вы чаю попейте, — предложил Богдан, показательно подхватив в руки острый топор.

Мило подмигнув супругу, Мария ухватила меня за руку, и мы вместе вошли в дом. Убранство у подруги было куда скромнее: через створки открытых окон ветер игрался недорогими белыми занавесками с вышивкой, а купленная ещё с десяток лет назад уже слегка вышеркалась в некоторых местах, но всё также годилась к использованию.