– Куда вы меня везете?
– спросил Берт, утирая растрескавшиеся и распухшие губы.

– Скоро узнаешь, - сухо ответил один из крэгллов.

– Кто велел вам меня похитить?

– Не болтай, - косматый крэггл скосил на него бесцветные глаза.
– Или верну тряпку на место.

Берт справедливо рассудил, что и сам все скоро узнает, а возоб?овлять знакомство с тряпкой во рту ему отчаянно не хотелось. Милосердие новых проводников не имело границ: его не сгрудили бесполезным мешком поперек коня, а позволили по-человечески сесть верхом.

Вот только выносливость Берта оказалась не беспредельной. Сутки без сна начинали сказываться: если поначалу он пытался высматривать и запоминать дорогу, которой его везли,то к полудню уже ловил себя на тoм, что смотрит стеклянным взглядом прямо перед собой и ему уже все равно, куда его занесло и что с ним станет.

Чего он никак не мог ожидать,так это что путь займет ни много ни мало трое суток – и это почти безостановочной скачки. Так глубоко в Крэгг’ард судьба Берта еще не бросала. Горы на горизонте превратились в невысокие холмы, плодородные земли – в каменистую пустыню, покрытую к этому времени тонким слоем снега.

Перед глазами Берта предстал дом. Очевидно, типичный дикарский дворец: выложенный из камня, обмазанного глиной, с массой пристроек самой причудливой формы, с несколькими дымовыми отверстиями в куполообразной кровле. Не иначе, как дворец убитого им Дар-Зо-Наррaха.

Однако отнюдь не в королевские покои его проводили, а поволокли куда-то глубоко вниз по плохо вытесанным прямо в каменистой земле ступеням. Холодное помещение, куда его втолкнули, больше походило на склеп. Местные зодчие не потрудились проделать здесь окна, зато в предназначении каменного мешка сомневаться не приходилось. С Берта безо всяких предисловий содрали плащ и подлатник, оставив его только в штанах и распоясанной рубашке, а затем растянули за руки на подвешенных к своду цепях, обхватив запястья широкими железными хомутами. Ни прислониться спиной к стене, ни растереть затекшие плечи, но хотя бы не отняли способность твердо стоять на ногах. Пыткой такое положение станет много позже, когда подогнутся от усталости ноги, а онемевшие руки перестанут ощущать что-либо, кроме боли. Но Берт надеялся, что так долго ?дать ему не придется. Едва ли похититель откажет себе в удовольствии навестить его в скором времени.

И он не ошибся. По его расчетам, не прошло и половины поворота тени, когда тяжелая деревянная дверь скрипнула заржавевшими петлями – и в глаза ударил свет факела.

Прищурившись с непривычки, Берт склонил голову к плечу и насмешливо хмыкнул.

– Что? – в ответ ему хмыкнул опрятнo одетый и тщательно причесанный Тохорн с восхитительно искривленным носом и остатками живописных синяков под глазами.
– Соскучился и рад меня видеть?

– Угадал, – в тон ему ответил не к месту развеселившийся Берт. – Ты похорошел с нашей последней встречи. Нос не болит?

Уголки резных губ лорденыша злобно дернулись. Расплата за ребячество не заставила себя ждать: кулак прилетел Берту в лицо с такой силой, что хрустнули в шее позвонки. С брови тотчас закапала кровь, потекла теплой струйкой за ворот: фамильный перстень Тохорнов рассек кожу на лбу и щеке. К счастью для самого Берта, он успел уклониться так, что его собственный нос – пока еще – остался целым.

– А у тебя… ничего не болит?
– вкрадчиво поинтересовался Тохорн.

– Так ты для этого взял на себя труд доставить мою драгоценную тушку в задницу Крэгг’арда? Не намахался кулаками в крепости?

Слeдующий удар пришелся в челюсть, но и теперь он вышел смазанным, скользящим, как ни старался Тоxорн произвести впечатление.

– Ты здесь не за этим, - выждав паузу и выразительно разминая кисть, отозвался лорденыш.
– Но я не откажу себе в удовольствии полюбоваться твоей тушкой, расписанной по моему вкусу. А заодно и послушать твои заливистые трели, когда ты будешь умолять меня о пощаде.

Берт сдавленно хохотнул, сплевывая на пол кровь. Несмотря на отнюдь не забавное положение, он почему-то не мог всерьез воспринимать угрозы Тохорна.

– Прости, не могу тебе ответить по достоинству, - он красноречиво дернул цепями.
– Помнится, когда мы дрались в прошлый раз,твои руки были развязаны.

Вместо ответа Тохорн сгреб его за грудки и приблизил к нему искаженное злобой лицо.

– Ты мне не ровня, кузнец. И должен уяснить себе это.

Увесистый удар кулаком под сочленение ребер заставил бы Берта согнуться, не будь он распят на цепях.

– Расскажешь это королю Гойлу при встрече, - прохрипел он, когда снова сумел вдохнуть.

– И расскажу, - искривил губы в усмешке Тохорн.
– Да только к тому времени он уже не будет королем.

Берт понимающе хмыкнул.

– Так значит,ты все-таки заодно с Каменным лордом. ? Леанте так старалась меня убедить, что ты к измене не причастен. Скажи, Тохорн,ты и в самом деле ее любил,или просто пытался задурить ей голову?

Ответом ему послужил новый удар под ребра – но на этот раз, судя по тому, как Тохорн отдернул руку и болезненно тряхнул кистью, не слишком удачный.