– С ним все в порядке. Встречает обоз. Вы не видели леди Веледу?

– Не видел, госпожа, – ответил йольв. – После отъезда его высочества обе девицы вернулись в дoм. Должно быть, у себя.

Леанте передала ему поводья и поспешила в донжон. Даже без приказа Бертольфа ей хотелось поскорее найти Веледу. Обнять, утешить, объяснить, почему ее брат принял решение выдворить из крепости симпатичного ей солдата. Она быстро преодолела виток лестницы и коридор на жилом ярусе, где располагались девичьи комнаты. С удивлением заметила, что дверь в комнату Веледы прикрыта неплотно. Леанте уже занесла было руку, чтобы постучать – и вдруг замерла, услышав донесшийся изнутри тихий голос.

– Я пoеду с тобой, - торопливо шептала Веледа.

– Нельзя, нельзя, - вторил ей другой голос – мужской, глухой, полный отчаяния.
– Мы должны подчиниться решению твоего брата. Но только на время.

– Я не хочу!

– Клянусь, я не оставлю тебя одну. Подожди немного, я найду способ…

Голоса стали тише, до Леанте теперь доносились лишь обрывки фраз.

– …должен доказать, что я не…

– …Халль,ты не понимаешь…

– …дождись, умоляю…

Леанте, преисполненная противоречивых чувств, распахнула дверь настежь. Открывшаяся ее взору картина и возмутила,и тронула одновременно. В углу девичьей комнаты пылал камин, в кресле у огня сидела Веледа, погрузив тонкие пальцы в густую темно-каштановую шевелюру Халля. Халля, расположившегося прямо на полу у ее ног, склонив голову ей на колени. Оба встрепенулись и отпрянули друг от друга, заметив непрошеную гостью. ?алль вскочил и по въевшейся под кожу солдатской привычке схватился за рукоять меча. Веледа бессoзнательно закрыла его собой, широко распахнув голубые глаза.

– Леа?

Теперь, ворвавшись вихрем в комнату золовки, Леанте не знала, что сказать, лишь переводила растерянный взгляд с одного на другого.

– Расскажешь Берту, да?
– вoинственно приподняла подбородок Веледа и взяла Халля за руку.
– Что ж, расскажи. Если ему нравится выискивать в каждом человеке предателя, то пусть и меня заод?о гонит.

– Госпожа, - теперь уже ?алль отстранил Веледу и выступил вперед. – Что бы ни думал обо мне тан, я не предавал его и не доносил на вас.

От происходящего у Леанте голова шла кругом.

– Я вам не судья, йольв, - довольно прохладно сказала она в ответ.
– И не стану жаловаться на вас мужу. Но вам и самому должно быть понятно, что заходить в комнату молодой ?езамужней девушки, без свидетелей…

– Леа, прошу тебя! – застонала Веледа, закатив глаза.
– Не надо этих поучений. Легко говорить о приличиях, когда твое сердце не знает любви. Меня сможет понять лишь тот, кто сам побывал на моем месте.

Не знает любви? Леанте приоткрыла рот, но не смогла вымолвить ни слова. Слова Веледы ударили ее наотмашь.

Любовь… Да, ее выдали замуж насильно. Да, поначалу она не испытывала к мужу ни капли теплых чувств. И даже когда чувства появились, они были рождены скорее долгом, нежели любовью…

Леанте вспoмнила, как когда-то трепетало ее сердце, доверчиво принимая в себя каждое слово Кальда Тохорна. Но разве сегодня ночью ее сердце не разрывалось от нежности под взглядами Бертольфа? Разве ее тело не откликалось на его прикосновения?

Если это не любовь,то что же?

– Йольв Халль, прошу, оставьте нас одних.

Халль – гордый, статный, красивый и ничуть не похожий на виноватого человека, порывисто прижал пальцы Веледы к губам, что-то быстро прошептал ей и стремительно вышел вон. Веледа, проводив его взглядом, закуcила губу. На щеках ее заблестели слезы.

– Можешь осуждать, мне все равно, - ее голос сорвался в лихорадочный шепот. – После всего, что со мной случилось, я лишилась стыда.

– Он… – Леанте задохнулась от нахлынувшей на нее догадки.
– Он посмел… тебя…

– Духи небесные, Леа! – воскликнула Веледа, воздев руки к небу.
– Халль не такой, каким вы его считаете. Он честный и благородный чeловек.

– Тогда почему он просто не попросил у Бертольфа твоей руки?
– нахмурилась Леанте.

Губы Веледы дернулись, но она лишь отвернулась и махнула рукoй. Леанте и сама понимала, что жестоко говорить такое молодой влюбленной девушке, но должна же та задуматься о чистоте и бескорыстности чувств своего возлюблен?ого?

– Зачем ты пришла?

– Приехал обоз. А с ним каторжники под видом крестьян. Бертольф велел вам с Хильдой сидеть дома и не высовываться.

Веледа рассеянно кивнула, продолжая кусать губы,и тяжело опустилась в кресло. Леанте, преисполненная сострадания, подошла ближе и прислонила ее голову к своей груди.

– Все образуется, Веледа, - тихо проговорила она, ласково поглаживая золовку по светлым волосам.
– Если он действительно любит,то найдет способ убедить Бертольфа, чтo достоин тебя.

– Тебе не понять… – шептала Веледа, щедро орошая слезами платье Леанте.
– Тебе не понять…

Каторжники стали очередной головной болью. Не могло быть и речи о том, чтобы прямо в день приезда заселить их в деревню крэгглов. Обитатели поселения восприняли бы это как оскорбление, а Берту только новых раcпрей не хватало.