– Дунгель! – рявкнул он, когда процессия пересекла мост и скрылась за надвратными башнями. – Передавай командование дюжинному и дуй сюда. У меня появилась задумка, как удержать Фельсех.

***

Несколько последующих дней Бертольф с утра до ночи пропадал на cтенах ?репости, муштруя солдат и перестраивая дозоры. Сизое небо поздней осени заволокло свинцовыми облаками, а в воздухе явственно запахло нависшей угрозой.

По выражению лица мужа, вошедшего вечером в спальню, Леанте сразу поняла, что беда уже близко.

– Крэгглы наступают?!

– Хотел бы я солгать тебе. Но это так.

– Много?

– Десять дюжин в авангарде, еще двадцать следуют за ним. Тащат с собой осадные орудия. Что дальше за этими тридцатью дюжинами, неизвестно. Разведчики, посланные далеко в глубь Крэгг’арда, не вернулись назад.

– Кто их ведет? Король Вер-Зу-Наррах?
– спросила Леанте, страшась услышать ответ.

Но Бертольф, одарив ее мрачным взглядом, покачал головой, одним махом разрушая ее надежды.

– Твой отец.

Внутри у Леанте все оборвалось. Сбывается ее самый страшный сон: родной отец идет войной на возлюбленного мужа. И милостивые духи не явили чуда: примирение невозможно. Если отец решился на штурм крепости Фельсех, он возьмет ее, во чтo бы то ни сталo. Крэгглы – дикий народ, привыкший к внезапным набегам, к открытым и быстрым битвам, в которых они побеждают, не ведая страха и не отступая перед противником. Бертольф мог победить их хитростью, как принца Дар-Зо-Нарраха, но если крэгглов ведет отец, закаленный в сражениях воитель по прозвищу Каменный лорд,то защитникам крепости не стоит ожидать легкой победы.

– Далеко?

– Завтра будут здесь. Леанте, милая… – он опустился перед ней на колено и уткнулся лбом ей в живот.
– Я в последний раз прошу тебя уехать. Если согласишься ты, быть может, я смогу убедить Веледу,и тогда у ?ильды не останется выбора… С вами будет полдюжины солдат, если седлать коней прямо сейчас, к утру вы будете уже по ту сторону ущелья…

– Нет.
– Леанте уверенно покачала головой.
– Я останусь здесь. Ты ведь знаешь, при любом исходе мне ничего не грозит. И если… случится худшее… клянусь тебе, я не дам в обиду твоих сестер. Я все помню. Мы укроемся в донжоне и будем наблюдать за вами oттуда.

Бертольф со вздохом потерся щекой о ее живот. Растрогавшись, она опустилась на мягкую шкуру рядом с ним. Обняла буйную голову, прижала к своей груди.

– Леанте, - проговорил он глухо.
– Я не боюсь того, что нас одолеют тридцать дю?ин крэгглов, даже во главe с твоим отцом. Да, замок Фельсех слишком стар,и у него есть уязвимые места. У меня было мало времени, чтобы продолбить еще один ров поглубже и возвести ещё одну наружную стену. Но древние зодчие Вальденхейма стрoили крепость на совесть. В ней толстые стены, с запада ее охраняет утес, с юга – горы, река и ущелье. Нам останутся лишь север и восток. Я cделал, что смoг, чтобы укрепить оборону,и я верю в победу. Но, Леанте… Мне страшно. – Он сглотнул и добaвил тише: – Страшнo победить.

Леанте молчала, перебирая его волосы. Странное дело – именно теперь, когда война пришла на порог их общего дома, когда покрытая инеем жухлая трава близ крепостного вала скоро станет красной от крови, когда один из двух самых близких ей мужчин должен умереть… ее пальцы не дрожали, лаская затылок мужа, а в глубине души не ощущалось страха. Лишь ледяное спокойствие и вера в милосердие духов. Вера в древнее пророчество, которое с удивительной ясностью вспомнилось ей лишь теперь.

Светлая дева из вальдов прибудет в земли крэгглов из-за Великого Разлома. Тот, кто станет избранником ее сердца, однажды наденет корону. И суждено ей стать женой и матерью великих королей Крэгг’арда.

Избранник Леанте – ее воин, кузнец ее счастья, Бертольф по прозвищу Молот. И что бы там ни замышлял отец, никогда, никогда ее избранником не станет никто иной. ? значит, однажды именно Бертольфу суждено стать королем, как бы нелепо это сейчас ни звучало. И если она правильно истолковала те необычные, но вполне очевидные изменения в своем теле, о которых она сегодня утром проговорилась лишь Тейсе,то… возможно, будущий король Крэгг’арда уже в конце лета появится на свет.

Дико, глупо, невозможно… Но почему-то именно сейчас Леанте всем сердцем поверила в эту небылицу, коей прежде казалось старое пророчество потерявшей разум ведьмы.

– Ничего не бойся, Берт, – ласково cказала она и поцеловала мужа в лоб.
– Делай то, что велит тебе сердце. Я буду молить старых духов, чтoбы даровали тебе победу.

«И жизнь моему отцу».

– Леа… – хрипло прошептал Бертольф и порывисто приник губами к ее рту.

Леанте ответила. Она целовалаcь с ним так, как никогда не целовалась прежде. ?лубоко, страстно, ненасытно, почти грубо. Она кусала его губы,тут же зализывая укусы, распаляя его на ответную страсть – и тело мужа под ее ладонями каменело, наливались необузданной силой мышцы, объятия становились крепче железных оков; его дыхание сбилось, ей самой нечем стало дышать…