Иногда так случалось. Те, кто собирался умереть, искали кого-то, кого можно было бы обвинить, вместо того, чтобы брать на себя ответственность за собственную глупость или слабость.

Но не Каллоссакс создал ее мир. Это был Великий Змей, который, как говорили некоторые, наконец принял новую форму и теперь ходил по залам Ругассы.

Когда они спустились по лестнице, другой мучитель, поднимавшийся снизу, приказал Каллоссаксу остановиться. Ты слышал новости?

Какие новости? — спросил Каллоссакс. Он плохо знал этого человека, но все мучители принадлежали к Теневому Ордену, тайному братству, и дали кровавую клятву защищать друг друга, поддерживать друг друга и продвигать интересы друг друга, даже в убийстве. Таким образом, как мучитель, этот человек был ему братом.

Отчаяние приняло новое тело и теперь ходит по лабиринту, проявляя чудесные силы. В качестве одного из своих первых действий он изобрел новую форму пытки, превосходящую наши лучшие искусства. Вы должны увидеть!

Каллоссакс на мгновение постоял, ошеломленный. Великий Змей ходил среди них? Он все еще не мог в это поверить. Очевидно, что с объединением миров Отчаяние почувствовало необходимость подтвердить свое превосходство.

Сама эта мысль наполнила Каллоссакса трепетом. Это было прекрасное время, чтобы жить.

Итак, — поддразнил Каллоссакс, — Отчаяние хочет нашу работу?

Мучитель рассмеялся этой шутке, а затем, кажется, догадался. — Вы везете девочку на убой?

— Да, — сказал Каллоссакс.

Вместо этого отведи ее в подземелья, в Черную камеру. Там ты найдешь Вулгнаша, Вечного Рыцаря. Он пережил долгий полет и нуждается в пище. Жизнь девушки должна быть ему мила.

Девушка внезапно попыталась вырваться на свободу, потому что быть поглощенным Вечным Рыцарем было судьбой хуже смерти.

Каллоссакс схватил девушку за запястье, крепко удерживая. Она кусала его и царапала, но он не обращал на нее внимания.

Каллоссакс колебался. У Вечного Рыцаря не было собственной жизни. Монстрам вроде него не нужно было дышать, есть или пить. Вулгнаш не мог получить питание, переваривая плоть. Вместо этого он черпал жизнь у других, поглощая их духовную сущность — их надежды и стремления.

Каллоссакс и раньше снабжал Рыцаря Вечного детьми. Наблюдать за кормлением монстров было все равно, что смотреть, как гадюка поедает крысу.

Мысленно Каллоссакс вспомнил кормление пятилетней давности. Затем Вулгнаш, облаченный в малиновые одежды, взял с собой маленького мальчика.

Как и эта девочка, мальчик кричал от ужаса и боролся с новой яростью, когда они приблизились к логову Вулгнаша.

Ах, — прошептал Вулгнаш, его крылья слегка дрожали в предвкушении, — как раз вовремя.

Затем Вулгнаш повернулся и полностью сосредоточился на своей жертве. Казалось, он не заметил, что Каллоссакс наблюдает.

Мальчик заплакал и отступил в угол, и каждый мускул тела Вулгнаша был напряжен, наполнен силой, чтобы ребенок не попытался убежать.

Мальчик все-таки рванул, но Вулгнаш набросился и поймал его, толкнул в угол и коснулся лба ребенка: средний палец Вулгнаша оказался между глазами ребенка, его большой палец и мизинец - на нижней челюсти мальчика, а палец в каждый глаз.

Обычно, когда ребенка так трогали, он переставал бороться. Он обмякал, как мышь, наполненная ядом скорпиона.

Но этот мальчик боролся. Ребенок схватил Вулгнаша за запястье и попытался оттолкнуть его. Вулгнаш схватил мальчика за горло левой рукой и продолжал удерживать правую. Ребенок укусил запястье Вечного Рыцаря, отважно сражаясь.

Ах, достойный! Вульгнаш пришел в восторг.

Мальчик попытался вывернуться. Он начал кричать, почти вырвав хватку Вулгнаша. В глазах ребенка царила паника.

Почему? ребенок кричал. Почему так должно быть?

Потому что я голоден, — сказал Вулгнаш, пихая мальчика в угол и крепко удерживая его. Когда сущность мальчика начала истощаться, он в панике закричал и затряс головой, пытаясь вырваться из-под прикосновения монстра. Вся надежда и свет исчезли с его лица и сменились бесконечным колодцем отчаяния. Его крики ужаса превратились в гортанный вой. Он долго пинался и боролся, пока Вулгнаш просто прижимал его к стене.