– Самое что ни на есть прямое отношение, Нитари. Предупредив о покушении, ты спасла не только меня, но и Дракона. Думаю, именно это во время нашей ссоры подтолкнуло Зверя наказать тебя, сделав Второй Тенью. Ведь Тень по своей сути – защитник Дракона.

– Хм, то есть я теперь кто-то вроде телохранительницы Дракона? – задумалась, сводя воедино то, что услышала и вдруг хлопнула себя по лбу, догадавшись: – Погоди, ты намекаешь, что мне нужно снова спасти тебя и твоего Зверя от покушения? И тогда это дурацкое клеймо исчезнет само собой?

– Всё не так просто, Нита… – он наклонил голову и упёрся лбом мне в живот. – К сожалению, в тот вечер в трактире я не смог сдержать Дракона. Он вырвался и уничтожил нападавших. Моему телохранителю Илиору так и не удалось выяснить, кто и с какой целью подослал к нам убийц. Хотя всё указывает на то, что это был кто-то из очень близкого окружения. Тот, кто наверняка знал, что я буду возвращаться в столицу, знал, когда и по какой дороге. Но не это важно.

– А что же тогда? Кажется, я пьяна, и ещё ты меня совсем запутал! – по моему телу начал медленно разливаться жар.

Он тёк по венам и ударял в виски. А перед глазами то и дело вспыхивали и отплясывали искорки. Не знаю от вина ли, бродившего в моей крови, или от горячих ладоней Лоэтара, блуждавших по спине и обжигавших даже через ткань одежды.

– Тот кто стоит за покушением, не довёл дело до конца и вряд ли успокоился. Он обязательно попытается снова, и… Если однажды в мою еду и питьё подольют яд, или я получу удар ножом в сердце…

– Тебя могут убить? – вот так новость!

Это что же получается, я могу лишиться своего чешуйчатого тирана, даже не узнав толком, что это такое – быть его женой?

– Проклятье! Не меня, Нита! Ты не понимаешь… Любая рана, полученная мной… угрожающая Дракону… перейдёт на Тень. И только готовность Тени отдать жизнь вместо Дракона, избавит от клейма.

Моё сердце заколотилось о рёбра, словно птица о прутья клетки.

Видимо, вино всё же крепко ударило мне в голову. Потому что вместо того, чтобы произнести сейчас очередную пламенную речь о принце и его Драконе, и, разумеется, о том месте, куда они оба должны незамедлительно отправиться, я неприлично высоко поддёрнула подол платья и бесцеремонно оседлала колени Лоэтара. Обхватила ладонями его лицо, вынуждая поднять голову и посмотреть на меня, и прошептала, едва слышно:

– Прости меня, пожалуйста, Лоэтар. И за браслет тот дурацкий, и за всё, что наговорила в сердцах в тронном зале, и за ту… за пощёчину. Я сожалею.

– Я тоже сожалею, Нита. Но ни ты, ни я не можем исправить прошлое. В наших силах лишь попытаться не сломать будущее. Пока оно у нас ещё есть. У нас обоих…

Лоэтар выдохнул, прикрывая глаза, будто высказавшись, сбросил с плеч великий груз.

Не знаю, отдавала ли я в тот момент отчёт своим действиям… Но так и держа ладони на щеках принца, потянулась к нему и легонько коснулась поцелуем одного века, затем другого. Скользнула губами вниз по прямому носу и как тогда, на озере, сама накрыла рот Лоэтара.

Накрыла и застыла, испугавшись собственной смелости.

А Лоэтар как назло совершенно не реагировал. Он словно ждал от меня чего-то ещё. Только что я, девушка из леса, могла знать о поцелуях и о том, как доставить удовольствие мужчине? Лишь то, что рассказывала наша кухарка Агата, и что иногда случайно слышала от постояльцев трактира.

Полгода назад между нами с Лоэтаром не было ещё стены из обид, упрёков и оскорблений – мы выстроили её позже. Что если в этот раз принцу не нужны поцелуи?

Что если наша внезапная, быстрая свадьба – просто месть? За Ольгерда, за пощёчину и дракон его знает, за что ещё. Месть или всё-таки безысходность, раз уж Дракон признал меня Парой, а потом сделал Тенью?

Выпитое вино снова начало путать мысли в хаотичный клубок. И я успела лишь подумать, что есть во всей этой истории что-то нелогичное. Что-то не сходилось в словах Лоэтара.

Легонько прикусила зубами его губу и снова замерла, понятия не имея, что делать дальше. К счастью, Лоэтару такая игра быстро надоела, и его язык разжал мои зубы и ворвался в рот, сплетаясь с моим языком.

Я и не думала, что поцелуй может быть таким. Как торнадо. Как огненный вихрь, сжигающий все обиды между нами – в голове, в сердце, в душе.

Пальцы Лоэтара пробежали вверх по спине и зарылись в волосах где-то на моём затылке.

Все вопросы враз улетучились. Тело, как будто накрыло горячей волной, а сама я полетела в водоворот.

Убрала руки от лица принца и тронула пуговицу на воротнике его камзола, обвела её пальцем по кругу и осторожно расстегнула.

Глаза Лоэтара по-прежнему были закрыты. Он продолжал целовать, лаская спину и затылок, и не противился моим действиям. Осмелев, скользнула к другой пуговице, расстёгивая и её. Затем ещё одну.