Ненадолго оживить его получилось, только когда Шайтан, оценивший размеры и благоустроенность стаба, поинтересовался, нельзя ли тут найти покупателя на танк. Жнец, услыхав вопрос, поднял на Шайтана удивлённый взгляд.

— Зачем его продавать?

— Да потому что знаю я эти Леопарды, — скривился Шайтан. — Хочешь помочь врагу — вот на Леопарде против него и выйди. Эти кошечки жутко разрекламированы властями, как непобедимые. Но по факту всё, на что они способны — это доехать на поле боя и развалиться на запчасти без чужой помощи.

Жнец скривился так, словно услышал невероятнейший бред.

— Сделай морду глаже, — посоветовал ему Шайтан. — У меня память хоть и фрагментирована, но своё прошлое до этого грёбаного собеседования я помню отлично. А ты слушай и мотай на ус слова человека, который знает кое-что о немецкой военной промышленности. Никогда не соблазняйся на то, что она хвалит. А лучше вообще своим, русским пользуйся. Конструкции у вас топорные, из гвоздей и палок, зато хрен сломаешь!

— Тогда зачем ты взял танк вместо пикапа? — ещё сильнее удивился Жнец. — Автопром-то у вас вроде понадёжней нашего…

— Я, в общем, ещё в лагере всё объяснил, — отмахнулся Шайтан и, глядя на напарника, не сдержался:

— Ш-шайс-се! Ладно, ладно, я просто хотел проверить, доедет эта колымага до стаба или развалится на ходу.

До Жнеца смысл неказистой шутки дошёл с некоторым опозданием. Напарник даже слегка улыбнулся — скорее из вежливости, чем потому что ему стало смешно. А потом снова помрачнел.

Больше Шайтан разговорить Жнеца не пытался.

Отыскав местный рынок, он начал прощупывать почву на предмет людей, заинтересованных в покупке такой техники, как танк. И вскоре нашёл, кому сбагрить консервную банку на колёсах.

Жнец в процессе обсуждения цены (то есть — обычного базарного торга) не участвовал. Отойдя в сторону, он хмуро осматривался по сторонам и иногда бросал взгляд на безоблачное небо, словно ждал, что вот-вот случится дождь или что похуже. Правда, в какой-то момент лицо его посветлело, но ненадолго.

Шайтан, выторговав, наконец, подходящую цену за координаты лагеря имени самого себя, повёл торговца на парковку, где стоял танк. Идти было всего ничего — от силы минут десять. Ещё столько же торговец ходил вокруг танка, заглядывал в кабину, под траки, в ствол пушки.

— Снарядов не полный комплект, — наконец, резюмировал он.

Шайтан был к этому готов и немного сбросил цену, на которую они уже успели договориться. Торговца это вполне устроило.

— Ждите тут, — сказал он. — Сейчас пришлю человека с оплатой. Ему же назовёте место, где ботов вальнули.

И ушёл.

— Не обманет? — сам не зная, зачем, поинтересовался Шайтан у Жнеца.

— Не должен, он давно тут торгует, — отрешённо пожал плечами тот. — Но в целом — хрен его знает.

— Ладно, дождёмся и пойдём искать Шпильку, — решил Шайтан. — А пока, может, всё-таки скажешь, чего такой хмурый?

— Шпильку просто нужно дождаться, — мрачно обронил Жнец. — Она придёт сама.

— Не слышу радости в твоём голосе, — не понял Шайтан, сам, наоборот, очень даже обрадовавшийся этой новости.

Он, хоть и понятия не имел, каким образом Жнец мог узнать, что Шпилька придёт, испытывал небывалый душевный подъём от близости встречи. Лицо брюнетки, которую постоянно сопровождает огромная немецкая овчарка, не смогла стереть из памяти даже устроенная Системой фрагментация. А значит, в жизни Шайтана эта женщина играла огромную и очень важную роль.

А поскольку дружить с женщинами майор не привык, то справедливо полагал, что с брюнеткой по имени Шпилька его наверняка связывает нечто большее.

Радость майора была недолгой.

— Нечему радоваться, на ней метка, — туманно сказал Жнец. — Как я мог это упустить? Ведь не было же, когда я её оставил в Москве…

— Чья метка? — насторожился и Шайтан.

— Богов, — не стал юлить Жнец. — Кто-то из их прихвостней успел поставить. По ней и Шпильку, и нас эти самые прихвостни найдут где угодно. Удивительно, что после освобождения из плена до сих пор не нашли. Видимо, подозревают, что она тут не одна.

— Ш-шайс-се! Надеюсь, ты не предлагаешь свалить, пока она не пришла? — напрягся Шайтан.

И неприятно удивился, услыхав ответ.

— Предложил бы, да поздно, — вздохнул Жнец. — Дождёмся её, дождёмся оплаты за танк и свалим из Бухты. Судя по вон тем кораблям, — напарник ткнул пальцем в сторону причалов, хорошо видимых с возвышенности, на которой располагались западные ворота. — Эскадра Барракуды сильно пострадала, и мне не хотелось бы её вмешивать. Хотя она и сама вмешиваться не станет. А вон те суда, которые прямо сейчас входят в бухту, принадлежат Альбатросу. И вот он обязательно вмешается. К тому же, тут есть ещё двое, с которыми я хотел вас познакомить. На эту пару, как и на Шпильку, я сделал ставку.