В отель мы вернулись около шести, еле живые.

В баре отеля сидела вся наша группа, уже вернувшаяся с выставки. Вера испуганно посмотрела на них, явно вспомнив вчерашний вечер.

— Всем привет, — поздоровался я.

— Добрый вечер, Олег Павлович, Вера Павловна, — ответили нам дружно.

— Рассказывайте, как прошел день. — Я посмотрел на всех по очереди, а они все на Веру косились.

— Добрый вечер, — наконец-то произнесла она.

— Как самочувствие, Вера Павловна? — ехидно поинтересовалась Крюкова.

— Спасибо, Наталья Петровна, я чувствую себя прекрасно, чего и вам желаю, — тут же ощетинилась Вера.

Я ждал ответной реакции Крюковой, но в этот момент в моем кармане завибрировал смартфон, и я вынужден был отойти в сторону, чтобы принять звонок.

— Привет! У тебя совесть есть? — закричала мне в ухо Клара.

— Привет! — улыбнулся я.

— Ты собирался сообщить, что приехал или нет, а?

— Прости, я всего на три дня. Сама знаешь, все расписано по минутам.

— Ничего знать не хочу! Узнаю о том, что ты приехал случайно от старых знакомых! Теперь ты должен нам ужин! Сейчас не отвлекаю больше, но скоро заеду.

— Клара…

— Молчи! Ты в своём обычном отеле остановился?

— Да.

— Всё, жди. Буду через сорок минут! — и бросила трубку.

Блин, все планы по дальнейшему охмурению Веры полетели в тартарары.

Я вернулся к своему коллективу и занял свободное кресло. Вера сидела напротив меня. Народ активно обсуждал, где сегодня удалось побывать на выставке и какие сувениры удалось добыть. Из необычных: у Сергиенко кубик Рубика с логотипом на каждой его части, а Наталья Петровна похвасталась зонтом-тростью ярко-оранжевого цвета.

— Как вы всё это повезёте, коллеги? — задал вопрос Зверев.

— Своя ноша не тянет, Эдуард Васильевич! — ответила Наталья Петровна, подхватывая пакет, в котором явно позвякивали ещё несколько кружек. Все засмеялись, и я вместе с ними.

Еще улыбаясь, я поднял взгляд и встретился глазами с Верой. Сердце куда-то ухнуло, ладони вспотели, дыхание сбилось. Чёрт знает что, как мальчишка в пубертатный период! Посмотрел на её губы и вспомнил сегодняшний день, полный улыбок и поцелуев. Хочу продолжения! Но Клара... Мой взгляд блуждал по лицу Веры, и легкий румянец на щеках выдал её волнение. Наверное, она догадалась, что именно я вспоминал в данный момент, потому что реально больше ни о чем думать не мог.

Я оглядел других сотрудников, надеясь, что никто не заметил наши горячие взгляды. Снова посмотрел на Веру, а она чуть заметно кивнула и одними губами беззвучно произнесла: «Да». Это то, о чём я думаю? Я неосознанно поддался вперёд, пальцы впились в подлокотники кресла. Вцепившись в неё взглядом, также одними губами переспросил «Да?» Она кивнула в ответ. Я откинулся обратно и перевёл дыхание.

Я с ней с ума сойду, это точно! Вера дрожащими пальцами заправила прядь волос за ухо. Я не знал, как назвать чувство, которое испытывал… Счастье? Эйфория? Хрен его знает! Но это не похоже ни на что, испытанное мною ранее за всю мою далеко не пуританскую жизнь. Я понял, что именно эту женщину хотел добиваться, как первобытный дикарь, размахивая топором во все стороны и злобно рыча на конкурентов. И именно её капитуляция будет для меня самым желанным призом. Откуда только Клара узнала, что я прилетел?

— Олег Павлович, какие планы на завтра?

Твою ж!.. Резко тряхнув головой, я перевел взгляд на обращающегося ко мне логиста, пытаясь понять его вопрос. Через пару секунд взял себя в руки.

— Завтра последний день, он короткий — до трёх. Поэтому у вас будет время пройтись по магазинам. Вечером традиционный благотворительный бал, куда я пойду с Верой Павловной. Так что все свободны, с трёх точно.

Народ радостно зашумел.

— И ещё! Большая просьба ко всем, — сказал я самым серьёзным тоном, вставая и снова привлекая к себе внимание коллег. — Прошу вас, не спаивайте Веру Павловну. У нас завтра в десять серьёзная встреча, а затем бал.

— Олег Павлович, — вскинув на меня раздраженный взгляд, возмутилась Вера. — Меня не спаивали! Просто я… спать хотела, очень!

— Ну да, ну да… Ваше желание спать мы все видели, когда на столе вы пытались изобразить гопак для немецких друзей, — выдал Зверев.

— Что?! — Вера в испуге перевела глаза с одного своего собутыльника на другого.

Небольшая пауза длилась не более минуты, когда все начали хохотать, а Зверев, утирая слезы, признался:

— Шутка! Но, Вера Павловна, ваше лицо того стоило!

Она возмущенно посмотрела на него и уже через секунду хохотала вместе со всеми.

— Коллеги! — прерывал я их веселье. — Предупреждаю вас ещё раз. Меня сегодня вечером не будет, поэтому депремирую каждого, кто решит ещё раз устроить дегустацию немецкого пива самостоятельно или с моей помощницей и не удержится от возлияний.

— О-о-о, тогда я специально напьюсь! — Произнесла Вера, ни к кому конкретно не обращаясь. — Надеюсь, всех депремируют, чтобы не шутили так по-дурацки!

— Мы присмотрим, не переживайте, Олег Павлович. — Наталья Петровна похлопала Веру по руке и строго на неё посмотрела.