– Нет, должно хватить.
– Макс также затягивается вместе со мной.
– Ты езжай к Русу, дальше мы сами.

На этом и прощаемся. Сажусь в тачку, одеваю запасную рубашку, которую постоянно таскаю с собой, отъезжаю максимум на километр и резко бью по тормозу. Блядь. Злость не хера не отошла.

В придачу ко всему в голове звучат слова ублюдка. И самое тошнотное, что он прав, черт возьми. Прав во всем. Чтобы я не сделал, Олег бы никогда бы меня не грохнул. Поломал бы всего, но не прикончил.

Сто раз задавал себе вопрос по поводу Вики. Почему он ей не дал тогда не единого шанса? Почему, блядь? Но про себя уверен, не хера бы мне он не сделал. И от этого понимания разрывает изнутри на миллиард атомов.

Сейчас мне плохо. Сильно больно. И боль не только физическая. Я знаю от этого дерьма не поможет ни никотин, ни любое пойло. Я мог всегда помогать Лине и детям, забирать их боль. Но что делать со своей агонией?

Во всем мире был только один единственный человек, который мог меня излечить от нее. Не в плане болезней. Их у меня нет, кроме хронической верности моей семье. Только она одна могла забрать всю боль, впитать ее в себя, как губка.

Порываюсь сделать то, к чему прибегаю крайне редко. В бардачке есть небольшой тайник, на всякий непредвиденный случай. Сейчас именно такой. Надеюсь, это поможет забрать хотя бы тысячную долю этой проклятой язвы внутри, которая уже проела почти все нутро.

Достаю единственный снимок, который хранил все годы. Я и Алина, а посередине Руслан. Ему только исполнилось пять. А Алина его уже полностью поставила на ноги. Пальцы покалывают, хочу обвести контур ее лица, но они совсем не слушаются и сжимаются в кулаки, натягивая избитую и израненную кожу.

Сейчас мне так нужна эта анестезия, мой наркоз. Чувствую сейчас тот предел, который сам не вывезу. Даю себе пять минут не больше, прежде чем поехать в больницу. А перед глазами воспоминания нашей последней ночи.

– Лина, зачем ушла? Возвращайся в постель. Я хочу еще раз тебя трахнуть и не только раз.
– смотрю на обнаженное тело девушки, которая неотрывно смотрит в окно. Алина не спешит сделать то, что я прошу. Вернее даже требую и пока не сильно еще властно.

С ней так всегда. Могу взорваться, а могу и успокоиться мгновенно.

– Я скучаю по Руслану очень сильно. Мне не хватает его.
– слышу, как она держится из последних сил, чтобы не заплакать.

– Руслан сейчас с матерью и сестрой. С ним все в порядке. Ты сама не захотела познакомиться с Линой, а могла бы так и оставаться его единственным лечащим врачом. Рус доверяет и очень скучает по тебе.

Алина продолжает молчать. Только сам дьявол знает, о чем именно она думает сейчас. За эти годы я так и не научился ее считывать. Надо же, про себя я ее всегда называю по имени. А в жизни… В постели всегда только сокращенно, только Линой.

Сколько раз она просила меня называть ее полностью по имени. Не знаю по каким причинам, но так не раз от меня она и не услышала, как мои губы полностью произнесли ее красивое имя.

– Однажды ты проснешься, Марк, а твоего лекарства не будет рядом. Ты не сможешь получать свою дозу анестезии, и боль снова вернется.
– наконец она разрывает тишину между нами, но посмотреть на меня так и не спешит.

– Мне нечего бояться, Лина, мой дилер всегда рядом, как и мое лекарство.
– уверенно отвечаю я. Ведь лекарство и мой поставщик это и есть она. И Алина это прекрасно знает. Она понимает, какое действие на меня оказывает. Это не любовь, не то, что я чувствую к своей Лине.

Но эта зависимость. Ведь с Алиной спокойно, не нужно никуда бежать, не нужно никого спасать. Она дарит те минуты спокойствия, которые мне так необходимы.

– Ты самоуверен, Борцов. Всегда таким был. Только для начала научись все таки правильно произносить мое имя. Ты знаешь, я не люблю сокращения. Одна буква, Марк, но согласись, и эффект от терапии уже совсем другой.

Понимаю, о ком именно она сейчас. Подрываюсь голым на кровати и подхожу к ней вплотную. Она не боится меня. Никогда не боялась. Постоянный вызов в глазах. Поворачиваю ее к себе, хватаю не сильно за волосы, но все равно ощутимо.

– Не играй со мной, Лина. Сейчас я тебя трахну. Потому что я так хочу. А потом ты встанешь на колени и сама меня трахнешь своим ртом. Сделаешь минет, от которого мне сносит крышу.

Хватаюсь за подбородок и вгрызаюсь в ее губы. Мне нужно ее тело. С ней всегда хорошо. Она права. Мне настолько хорошо, что я напрочь забываю о всех проблемах. Подхватываю ее под ягодицы, усаживаю на подоконник и вхожу в нее одним плавным толчком.

Беру ее всю ночь, не даю передохнуть, трахаю в самых разных позах. Но чувствую, что с ней что — то не то.