Серьёзное преимущество, которое способно нивелировать разницу в цене для клиента. Поэтому можно оставить её неизменной, а вот гонорар для секунданта повысить до уровня Пересвета. Тщательный отбор позволит со временем создать когорту из лучших, а у конкурента тем временем накопится всякий сброд, который будет доставлять проблемы.

Второе. Пересвет стремится к быстрым результатам — активная реклама, давление на оппонента, демпинг. И проведя анализ, я вынужден признать, что по цифрам они вырвались вперёд. Но в перспективе они проиграют, если продолжат в том же духе.

Даже захватив часть рынка сейчас, они не смогут её удержать. Нельзя принимать клиентов за дураков. Тем более, когда твои клиенты дворяне. Многие из них предпочтут надёжность, а не низкую цену.

Третье. Кто вообще управляет Пересветом? Некий дворянин по фамилии Старцев. Жаль, что ОценкаРепутации заблокировала мне доступ, не могу его пробить. Приходится использовать простой поисковик.

Узнаю, что Герман Старцев — аристократ без титула. Кроме Пересвета, он владеет ещё несколькими предприятиями, в том числе маркетинговым агентством. Неплохо. Интересный соперник. Хотя его методы вызывают сомнения — судя по материалам в интернете, господин Старцев был неоднократно замешан в деловых и судебных разбирательствах.

В том числе, на него подавали в суд за порчу деловой репутации. Видимо, Старцев не усвоил урок, ведь он сейчас по факту портит репутацию Оруженосца и мою. Формально остаётся в рамках закона, но на самой грани.

Решаю, что мне следует нанести ответный удар. Само собой, я не буду очернять Пересвет. Надо просто надавить на те преимущества, которые есть у нас.

Рекламная кампания в соцсетях с перехватом аудитории конкурентов. Несколько заказных материалов в группах ЦЦ и электронных СМИ. Плюс, конечно, освещение каждого нашего поединка и интервью с победителями.

Пока что мы можем похвастаться тем, что ни один из наших клиентов не потерпел поражения. И дело не только в том, что они такие молодцы и хорошо сражаются. Наши секунданты продавливают идеальные условия схватки, которые увеличивают шансы на победу. Не говоря уже о том, что мы изучаем соперников и готовим клиентов к бою.

Пересвет ничего такого не делает.

Составляю задание для внештатных журналистов, чтобы написали для Оруженосца пару грамотных статей. Настраиваю таргетированную рекламу. А затем делаю рассылку по базе наёмников — мол, мы повышаем гонорар, будем рады рассмотреть вашу кандидатуру.

На этом пока что всё. Я сделал свой ход. Посмотрим, как ответит Старцев.

После проверяю, как идут дела у Астетики, и убеждаюсь, что неплохо. Наша управляющая Фарида отлично справляется. Количество покупателей упало, но благодаря хорошей работе продавцов и появлению новой коллекции прибыль остаётся почти на том же уровне.

С бутиком за короткое время произошло много громких событий, от информационной атаки на нас с мамой до изгнания и ограбления. Однако мы грамотно использовали весь этот шум. Да, потеряли часть старых клиентов, но приобрели немало новых.

Одним словом, Астетика на плаву и тонуть не собирается.

Убираю телефон в карман и подхожу к окну. Замечаю, что на парковке появился ярко-розовый кабриолет Евгении и Волга Максима. А прямо на моих глазах заезжает белый Эльбрус мамы.

Значит, почти все уже здесь. Не хватает только Дмитрия, сына Алексея от первого брака.

Поднявшись на верхний этаж, замечаю в рекреации маму. Она сидит на диване и смотрит в одну точку.

— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю я.

— Саша! — мама встаёт. — Как понять, что я здесь делаю? Князь вызвал всех.

— Знаю. Я имею в виду, почему ты сидишь в коридоре. Юрий запретил тебе войти?

— Нет, я… сама не захотела.

— Идём, — подставляю матери локоть. — Собрание для всех членов рода, и для нас в том числе.

— Мы с тобой изгои, — бурчит она, но всё же берёт меня под руку.

— Это неправда. Прости, что сразу не позвонил, но я беседовал с князем. Он чётко сказал, что голосовал за нас. Юрий врал, и наше изгнание незаконно.

— Князь об этом будет говорить? — бледнея, спрашивает Анна.

— Думаю, да. Но, похоже, не только об этом.

Заходим в комнату отдыха, где уже собрались все остальные. Разговоры немедленно смолкают, и все смотрят на нас.

— Добрый день, — говорю я. — Рад снова видеть всех Грозиных в одном месте.

— И опять мы собрались из-за вас, — цокнув языком, замечает сидящая на кресле Евгения. — Как будто нет других поводов.

— Другие поводы есть, — говорит Алексей, задумчиво обводя семью взглядом. — Ты недовольна, милая?

— Всё в порядке, дорогой, — мурлыкает Евгения.