– С каждой минутой преподобный нравится мне все меньше. Я запрошу его историю судимости. Но какое отношение ко всему этому имеют Божьи Вороны?

– Не знаю. Возможно, преподобный – один из группы. Если это что-то вроде секты или последователей какого-то культа, то у них обычно есть духовный лидер.

– И они могли бы дойти до того, чтобы распять человека?

– Совершенно ясно, то, что… Кто бы это ни сделал, он знал, что и Эллисон, и Джина имели сексуальные отношения и… заслуживали наказания, – ответила я.

Совпадения в судьбах обоих девочек становились все очевиднее.

– А фотография? Ты показывала ее Итану? Или ее дяде и тете? Думаю, тебе не следовало…

– Ее видели только ты, Джим Шмоер и… я.

– Джим? Он тоже во всей этой истории?

– Кто-то написал ему и отправил снимок, сделанный в тот момент, когда распинали Эллисон, прямо перед тем, как поднять ее на крест. На фотографии видно несколько человек. Джим нашел меня на пляже, когда я лежала без сознания после того, как меня ударили камнем по голове. Если б не он, скорее всего, я бы утонула под приливом.

– Не нравится меня все это. У тебя есть фотография? И почтовый адрес, откуда ее отправили? Почему вы не передали эти данные раньше? Это могло помочь найти преступника. Мы друзья, Мирен, но это сокрытие улик.

– Мы хотели проверить достоверность фото, Бен. Нельзя отмахнуться от этой истории так просто.

– Господи, Мирен. Обладать информацией о преступлении и не заявить о ней – это тоже преступление.

– Прости, Бен…

Миллер возмущенно фыркнул. Я прекрасно понимала его, но после многих лет знакомства с ним знала, что он уступит.

– Ладно, посмотрим, что я смогу сделать, чтобы спасти ваши задницы, – сдался он.

Потом агент начал забрасывать меня вопросами.

– Как фотография попала к вам?

– Через «Твиттер». У меня в машине лежит распечатанная копия. Выйдем, я тебе ее отдам. – предложила я.

– Наверное, мне стоит поговорить с Джимом. Нашим техникам, возможно, удастся определить, где она была сделана, или даже выследить IP-адрес, откуда ее отправили. Можешь попросить его, чтобы он мне позвонил?

– Вот его номер, – сказала я.

Я показала ему экран телефона с контактом Джима, чтобы не говорить с ним самой. После нашей ссоры мне не хватило смелости позвонить ему.

– Ладно. Я его наберу. У тебя есть что-нибудь еще? Какие-то предположения, как собрать воедино все, что ты мне рассказала? Чем больше я знаю, тем запутаннее кажется это дело.

– У меня есть одна теория, но она может разойтись по швам. Мне нужно еще подумать над версиями, чтобы понять, как действовать дальше.

– Рассказывай.

– Допустим, преподобный – один из Божьих Воронов. Допустим, именно он подталкивает учеников вступить в группу и… объясняет самые темные места Библии тем, кто проявляет любопытство. Но не думаю, что это что-то невинное. Как рассказал Итан, узнать, кто входит в Воронов, непросто. А еще он сказал, что среди членов – люди разных возрастов, включая тех, кто уже не учится в Маллоу. Возможно, преподобный узнал о том, что Джина занималась любовью с Томом, наверняка ему рассказали об этом ее дядя и тетя, и он наказал ее так же, как Эллисон. Единственное различие – Эллисон нашли два подростка, которые лазали по округе, а Джину… Мы до сих пор не знаем, где ее похоронили. Может быть, они планировали спрятать труп Эллисон, как и тело Джины, но ее нашли раньше, чем они успели сделать это.

– Сомневаюсь, – не согласился Миллер. – Если б это было так, они не передали бы тебе снимок с полароида и не отправили фотографию Эллисон профессору Шмоеру. Они хотят, чтобы об этом знали и расследовали это дело, но… Зачем?

Его вопрос повис в воздухе, как вдруг с улицы донесся оглушительный грохот и пронзительный вой сигнализации автомобиля.

– Что за черт?! – вскричала я.

Невозможно держать под контролем пожар, когда вы разожгли костер в легковоспламеняющемся сердце.

Миллер выскочил из кафе вслед за Мирен посмотреть, что за грохот, который до сих пор раздавался в его барабанных перепонках. Оба поняли, что выла сирена автомобиля. Выбежав на улицу, агент увидел, что десятки учеников все еще стояли группками вокруг школы, а автобусы ждали, пока в них зайдут старшеклассники. Все внимательно смотрели на них двоих, но сначала ни Миллер, ни Мирен не могли понять почему. Затихнув, школьники будто ждали их реакции. Звук исходил от автомобиля Мирен. Сирена истошно ревела, и чем ближе они подходили, тем невыносимее становился ее вой.