Предполагается, что я вытворю его из своего организма. Но с каждым толчком кажется, что происходит обратное. Как будто он погружается в меня больше, чем в физическом смысле, внедряясь так глубоко, что вытворять его будет более чем больно. Прямо сейчас это кажется невозможным.

Слезы щиплют мне глаза.

Я теряю контроль над всем.

Он притягивает меня, как настойчивый рывок подводного течения.

Итак, я закрываю глаза, и меня уносит течением.

ГЛАВА 33

ЛАЙЛА

Когда я просыпаюсь, я чувствую себя расслабленной. Впервые с тех пор, как я переехала в эту квартиру, я не открываю глаза и не вижу оружия. Я даже забыла отнести его в спальню.

Я была… отвлечена. Трахнув меня на кухонном столе, Ник отнес меня в спальню, и мы сразу же уснули.

Раздается звонок в дверь. Я бросаю взгляд на лицо Ника, умиротворенного во сне, выскальзываю из постели, натягиваю халат и спешу через квартиру. Я останавливаюсь только для того, чтобы положить пистолет в ящик стола в гостиной, прежде чем открыть входную дверь Джун, Эй-Джей и Лео.

— Привет, — говорит Джун. — Мне так жаль. Мы тебя разбудили?

— Нет, — вру я. — Все в порядке.

Я внешне спокойна, а внутри в панике. Я не хочу, чтобы Лео обнаружил Ника в моей постели. Не хочу, чтобы у него были какие-либо надежды на то, что у нас с его отцом будут такие отношения.

— Моя мама забыла о бранче. Когда тебе за семьдесят бранч начинается в девять утра, — Джун закатывает глаза. — Я звонила, но ты не ответила. Все… в порядке?

— Ага! — Я затягиваю узел халата и провожу рукой по волосам.

Я слежу за взглядом Джун и смотрю на галстук, лежащий на столе.

— Что-то случилось с… — Она произносит одними губами «Майкл», хотя мальчики ничего не замечают, оба смотрят на игрушку, которую Эй Джей держит в руках.

— Нет. Он просто проводил меня…

Я чувствую присутствие Ника за секунду до того, как Лео кричит:

— Папа!

Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть, как он бежит к Нику.

В голосе Лео больше волнения, чем я слышала от него за те несколько недель, что мы в Филадельфии.

У меня что-то разрывается в самом центре груди, когда я смотрю, как Лео обнимает Ника, отстраняясь только для того, чтобы сказать:

— Эй-Джей, это мой папа.

Гордость наполняет голос Лео, когда он представляет Ника своему лучшему другу. Трещина расширяется, наполняясь душераздирающим осознанием того, что Ник всегда сможет предложить Лео то, чего не могу я, — себя.

Я могу дать Лео все, чего у меня никогда не было — безусловную любовь матери, безопасность, поддержку, надежный дом, — но я никогда не смогу заполнить пустоту в его жизни в виде отца. Особенно теперь, когда он знает, кто его папа.

Джун смотрит на Ника. По крайней мере, он одет во вчерашнюю одежду, но она почти не скрывает его впечатляющего телосложения. Его темные волосы растрепаны, а щетина покрывает острый подбородок. Он выглядит как парень, которого девушки видят в своих сокровенных мечтах.

— Приятно познакомиться, Эй-Джей, — говорит Ник, наклоняясь, чтобы пожать мальчику руку. Звук его глубокого голоса будоражит что-то в моем животе. Пробуждает воспоминания о том, как он говорил другие вещи. Ник встает и протягивает руку Джун.

— Я Ник. Приятно познакомиться с вами.

— Джун, — говорит она. — Я тоже очень рада с вами познакомиться.

Как только с представлениями покончено, воцаряется тишина.

— Как долго ты с нами будешь, папа?

Ник взъерошивает волосы Лео, одаривая его нежной улыбкой.

— Я должен уехать сегодня вечером, приятель.

Я почти уверена, что на моем лице такое же разочарованное выражение, как и у Лео.

— Мы проведем весь день вместе, хорошо?

Лео кивает, с его лица исчезает грусть.

— Ты поведешь самолёт?

Ник ухмыляется.

— Не в этот раз. Я, наверное, немного посплю.

Мои щеки горят, а между ног покалывает. Лео ничего не замечает. Я не слежу за реакцией Джун. Я даже не уверена, что Ник имел в виду именно это. Его график сна в лучшем случае кажется бессистемным. Может быть, я проецирую то, что сегодня была лучшая ночь с тех пор, как уехала из России, секс-марафон сделал свое дело.

— Ну, нам пора, — говорит Джун. — Давайте, ребята, проведите время как семья.