Она улыбнулась. Возвращаться домой к этому собачьему энтузиазму было очень- очень приятно. Ее вечера были не такими одинокими, когда он лежал у нее в ногах, пока они смотрели телевизор… хотя его интересы были немного ограничены. И он совершенно не понимал, насколько великолепен Грегори Пек в «Большой стране».

Почему она не может найти себе Грегори Пека?

Не-а. Пока нет. Неважно, как ей одиноко, она не готова к жизни с мужчиной — даже с ковбоем-героем. Не готова, пока не решит свою личную маленькую проблему.

Идя за Триггером, она свернула с тропы, направляясь к реке, поблескивающей сквозь чащу.

Ну, на самом деле, ее личная проблема, может, и довольно серьезная.

Как часто она внимательно выслушивала жалобы Престона на его работу. Но если она начинала говорить о своей, он менял тему или включал телевизор.

Все их общение проходило по одному сценарию. Она поддерживала его интеллектуально, морально и физически, и ничего не получала взамен. Затем, вместо того чтобы его бросить, она изо всех сил старалась наладить их отношения. Радовать его.

Какое счастье, что Престон ей изменил, иначе она до сих пор была бы с ним. Вот дурочка!

Степень магистра, конечно, не гарантировала умение разобраться в себе — хотя немного помогала после того, как человек понимал что к чему.

Она видела, что во всех отношениях с мужчинами действует по одной и той же схеме — с отцом, с несколькими бойфрендами и, наконец, с женихом. Каждый раз она старалась изо всех сил, чтобы удержать мужчину, точно так же, как ее мать.

Как алкоголик, не знающий меры, она отдавала и отдавала, пока не теряла чувство собственного достоинства. Так что пока она не скорректирует свою привязанность в более здоровую сторону, ей надо избегать отношений и серьезных связей с мужчинами.

Остановимся на случайном дружеском сексе. То, что надо!

Надвинулись тучи, закапал дождь… и она поняла, что не взяла зонтик. Она вздрогнула и повернула к дому.

Триггер появился даже до того, как она его позвала, и последовал за ней по звериной тропинке. Как бы далеко он ни убегал, он никогда ее не терял.

— Типичный мужчина, — ругнулась она, когда он нежно прихватил ее пальцы — его любимое приветствие, — всегда приходит позд… — она осеклась, сообразив, что кормит его, поит, пускает на диван, выгуливает. Еще один требовательный парень, которого она впустила в жизнь.

С другой стороны, он отвечает на это искренним выражением любви. Так что тут действительно есть взаимность.

— Думаю, ты отличаешься от обычных парней, потому что тебя кастрировали. Потому что на самом деле ты не мужчина.

Он бросил на нее укоризненный взгляд.

Она ухмыльнулась, представив выражение лица Аттикуса Вэра, если бы она предложила ему отрезать яйца.

В пятницу утром Джин провела две потрясающие групповые сессии. Ее рапорт по внесению изменений в работу службы приняли к рассмотрению. День был таким удачным… до сих пор.

Она внимательно смотрела на заключенного, сидящего напротив нее. Он выглядел как монстр Франкенштейн в обличье скинхеда. Свастика на выбритом затылке указывала на его политические взгляды. Пирсинг в ушах, губах, носу. Желтый синяк под левым глазом заработан в драке месяц назад.

И, ко всеобщему сожалению, его перевели из изолятора в тюрьму общего режима.

Его взгляд блуждал по ее телу и усиливал дискомфорт.

— Если вы дадите мне то, что я хочу, Слэш может быть очень… щедрым, — сказал он.

Он часто говорил о себе в третьем лице. Она слышала, что так говорят некоторые сабмиссивы в БДСМ, но «Слэш» говорил так для того, чтобы запугать.

— Простите, мистер Коул. Я не могу направить вас на исправительные работы, — скорее, она не хочет. Поговорив с ним, она посчитала, что его нельзя выпускать из тюрьмы. Судя по ауре насилия, которую он излучал, непонятно, как он оказался здесь, в учреждении с более низким уровнем безопасности.

Он поерзал в кресле, широко расставив ноги, так что его темно-синие джинсы обтянули выступающую эрекцию.

— На прогулке говорили про психолога, который любит монстров. Много говорили, — он смотрел на нее в упор и гладил себя. — Может, это ты? Хочешь услышать об изнасиловании и убийстве?

— Наша встреча окончена. — Желудок скрутило. Нет таких психологов, которых привлекают убийцы или сексуальные преступники. Только бы не стошнило. Поднявшись, она включила на переговорное устройство, чтобы вызвать надзирателя.

Заключенный вскочил на ноги, потянулся через стол и схватил ее за правое запястье. Приблизив к ней лицо, прорычал: