— И это все, что вам нужно? — удивился магистр. В его глазах я увидел свой приговор, но потребовать больше людей не успел. — Через шесть дней у вас будет требуемое. Небольшой шанс лучше, чем его отсутствие. Завтра я улечу на разведку, ну а послезавтра жду вас с планом действий. А пока что отдыхайте, ласс Вельк. Вижу вы устали. Если нам удастся задуманное, то награда будет императорской, — обнадежил он меня напоследок.

Но так ли нужны эти императорские награды потенциальным мертвецам?

Новость о том, что Гарн Вельк исчез из Тирбоза и находится в Вольной марке, повергла Та’Энди в состояние близкое к панике. Именно в Вольной марке сейчас находилась и Но’Зелим. Словно какой-то рок вел этих двоих навстречу друг другу.

Страхи ее несколько успокоились, когда Но’Зелим и Говорящий-с-ветром прилетели забирать ее к Великим топям.

Неладное она почувствовала на обратном пути, еще на подлете к лагерю отправленной на Степной Страж армии. Лагеря не было.Только изрытая, обожженная земля и несколько центральных шатров. Поначалу Та’Энди решила, что тут не обошлось без магии. У хомо нашелся малый круг, который они как-то сумели подвести на расстояние удара. Но все оказалось гораздо хуже…

— Они ударили незадолго до рассвета… — Связь верховных с драконами была слабее, чем родство душ двух предназначенных друг другу, но ненамного. И сейчас лишившаяся дракона То’Лин испытывала шок, схожий с потерей половины своей души.

Та’Энди помнила, насколько мерзкое это ощущение и искренне сочувствовала старой подруге.

— Машины хомо грохочут в ночи, словно стадо гурхов, рвущихся к водопою. Почему вы не услышали их заранее?

— Вчера вечером заработала древняя машина хомо, оставленная на побережье. Разведчики летали, но не нашли никаких следов, решили, что паровик запустился самостоятельно. Под прикрытием этого шума хомо и напали.

Кулаки Та’Энди сжались от бессильной ярости. Так просто и вместе с тем хитро придумано.

— Думаешь, это твой Вельк? — спросила Но’Зелим, когда они остались одни.

— Не думаю — знаю! — резко отозвалась Та’Энди. — Раньше у меня были только подозрения, но теперь я уверена — он такой же, как я. Его нужно уничтожить!

Но’Зелим не ответила. Фанатичная одержимость второй половины этим хомо её пугала. Нет, если слова Та’Энди правдивы — то понять ее можно. Но речь идет о каком-то хомо, причем даже не маге.

Что он может? Изменить мир? Смешно!

Она одна из двенадцати сильнейших верховных, входит в совет, и то ее власти не хватает, чтобы что-то серьезно изменить. А Гарн Вельк всего лишь рыцарь. За ним нет ни то что сильного рода, а даже семьи. А одиночка неспособен изменить империю.

Железный маркграф? Плохой пример. Ключевое слово тут маркграф — полусуверенный правитель собственной марки, с гарантированным местом в фольхстаге.

Хотя, в чем-то Та’Энди права. Если за этой ночной атакой стоит Гарн Вельк, то его следует уничтожить. Такие пощечины прощать нельзя.

Улетавший «Аллигатор» я провожал со смешанным чувством.

С одной стороны, я искренне желаю миссии ласса Борвара удачи. Если древолюбы отступили, то Степной Страж на время в безопасности. Да и лишаться трех магов, генерал-адъютант утащил с собой не только ласса Сидмана, но и представителя семьи Фрид, не хочется. С другой, возвращение дирижабля не сулит ничего хорошего. Придется браться за эту самоубийственную миссию по спасению третьего принца.

— Вот и бей после этого древолюбов? — прокомментировал я, когда дирижабль поднялся в воздух. Перед убытием, ласс Борвар успел нарезать мне задач, так что про отдых в ближайшие дни можно забыть. — Чудом разобьешь небольшой отряд, так от тебя тут же потребуют разбить армию. Нет, все это точно закончится штурмом Великого леса.

— Знаешь, под твоим командованием, я бы не отказался, — хохотнул Бахал.

— Сплюнь, сглазишь!

Не надо нам такого счастья. За Владычицей только деревья и смерть.

— Ты ворчишь, словно старый дед. Но мы оба с тобой знаем, чем все закончится, — наставительно продолжал Бахал. Именно ему я успел пожаловаться на судьбу в лице генерал-адъютанта, поставившего перед нами очередную невыполнимую задачу. — Поворчишь немного, а затем сядешь за карты, подумаешь и придумаешь толковый план. Может, пропустим первый этап и сразу займемся планом?

— Еще недавно ты считал меня безумцем, — напомнил я.

В ответ он пожал плечами.

— Я и сейчас так считаю. Но твое безумие заразительно. Именно оно нас пока что и спасает.

— Еще неизвестно, будут ли у нас маги и дополнительные силы, — проворчал я под скептический смешок наемника.

В чем-то он прав. Сколько не кляни судьбу, а ничего не изменится, если сам не начнешь что-то менять. Жалобы ее не растрогают, угрозы не подействуют. Твои действия или твое бездействие — вот два реальных фактора, что могут что-то изменить.