Шрифт:
— Х*ли ты пи*дишь? — его ноздри раздуваются. — Люда бы никогда не стала…
— Серьёзно?? — начинаю смеяться истерически. — Вы оба… вы оба — просто два идиота! Тупой и ещё тупее! — практически захлёбываюсь смехом.
— О чём ты?
Резко прекращаю смеяться.
— О том, что твоя ненаглядная Людочка наглухо втюрилась в твоего лучшего друга! И ты слепой, если этого не замечал!
— Пи*дёж.
— Зуб даю, у неё под подушкой дневник, обклеенный фотками Алёхина, — говорю на полном серьёзе.
Он ошалело таращится на меня, словно переваривая полученную информацию.
— Пи*дёж.
— Слов других не знаешь что ли? — злюсь, вырываясь из его хватки. Потираю плечо. Немного болит.
Руслан проводит ладонями по лбу, зачёсывая волосы назад. Вцепившись руками в голову, делает несколько шагов по кухне в разных направлениях.
— Руслан… — мне становится его даже жаль. Похоже, он реально шокирован.
— Послушай. Если тебя это успокоит, думаю, что у них с Алёхиным ничего не было.
— Успокоит?! — останавливается резко. Смотрит на меня диковато, во взгляде сквозит бешенство.
— В тот раз, когда мы встретились у его дома. Когда ты забирал Люду. Она тоже пришла внезапно. Мы… у меня был день рождения в тот день. Мы с Серёжей ужинали. Вдвоём. И тут твоя сестра.
Пауза. Я собираюсь с мыслями.
— В этот раз, месяц назад. Когда я пришла, она уже была там. Мы поссорились, из-за неё. Я ушла. Больше я не видела ни твою сестру, ни… Серёжу. Я правда не знаю, что у них случилось. Как она там оказалась, и вообще…
Руслан останавливается. Прислонившись спиной к стене, запрокидывает голову назад. Не глядя, достаёт из карманы сигареты.
— Здесь нельзя курить.
— Пох*й.
Закуривает. Жадно затянувшись, выдыхает дым. Тут же затягивается вновь.
Фыркнув, прохожу мимо него, чтобы открыть окно.
— Ты всегда такой? Любишь нарушать правила?!
Он как будто не слышит меня. О чём-то напряжённо размышляет. Нарушает молчание коротким:
— Это я дал ей ключи.
— В смысле? — перегнувшись через подоконник, с удовольствием вдыхаю свежий весенний воздух. Ненавижу запах табака.
— На девятнадцатом трубу прорвало. Восемнадцатый затопило. Из управляйки позвонили, сказали, нужно проверить. Серёга живёт на семнадцатом.
— И?
— Мне было некогда. Я как раз резину менять поехал. Ну, я и попросил Люду.
— Попросил Люду о чём? — туплю и сама это понимаю. Мысли никак не желают складываться в логические цепочки.
— Съездить вместо меня к Алёхину блть! — цедит зло, сплёвывая в сторону.
Из меня вырывается смешок. Потом ещё один. Захожусь в нервном хохоте, не в силах остановиться. Руслан смотрит на меня как на умалишённую.
— Чё ржёшь?
— Я… я… — никак не могу перестать. Постепенно мой смех переходит в дёрганые всхлипы.
Руслан подходит ко мне. Решительным движением закрывает окно за моей спиной.
— Поехали.
— Куда? — спрашиваю скорее на автомате.
— Прокатимся. Кстати, дом я покупаю.
— Покупаешь? — моему изумлению нет предела.
— Ага. Передашь своему руководителю… как его там?
— Тима. То есть Тимофей Олегович, — исправляюсь поспешно.
— Ну вот. Передашь своему Тимофею Олеговичу, пусть перезвонит мне. Договоримся о встрече.
— Хорошо. Когда…
Не даёт мне договорить:
— Без разницы, когда. А сейчас поехали. Мне нужно выпить.
Глава 39
Тяжелый случай
— Я не буду, — уверенной рукой отодвигаю от себя деревянную подставку с разноцветными шотами.
— Бесишь, — только и говорит Руслан. Опрокидывает в себя рюмку за рюмкой.
— Ты бы закусывал.
— Может ещё шапку надеть, мамочка? — усмехается. Смотрит на меня пристально и при этом как-то… плотоядно.
— Даже не думай, — предостерегающе кручу головой из стороны в сторону.
Он вздыхает. Закидывает в рот горстку солёных фисташек из глубокой деревянной миски.
— Чё я, по-твоему, самоубийца? — фыркает. — Да и вообще. Не по-пацански всё это. Не по понятиям.
— Что именно? — пробую свой безалкогольный мохито. Вкус лайма и мяты приятно холодит язык.
— Женщина друга — табу.
— Я — не его женщина. Я вообще — ничья женщина.
Убираю в сторону стоящие на столе закуски, чтобы освободить место. Официантка принесла горячее.