2.9 События

– Никому нельзя доверять - это ты верно сказал.- здоровяк по прозвищу Гора оборачивается к Эрику. Тот бледнеет, щёлкая затвором.

– Ты...Грязный ублюдок, ты что задумал?- отступает он назад, вжимаясь спиной в решетку одной из камер. Его глаза неотрывно следят за каждым движением здоровяка. Но тут резкая боль в боку обжигает будто огнём - Эрик опускает взгляд ниже, с недоумением взирая на кровь, сочащуюся из раны, оставленной ножом. Ещё два удара заставляют его осесть на землю, автомат выпадает из ослабевших пальцев. Эрик, вздрогнув, тянется к нему, но заваливается набок. Следующие несколько ударов- и его взгляд стекленеет.

Гора смеётся, обращаясь к кому-то позади него:

– Вот так и доверяй людям!- нарочито сокрушается он, а после подхватывает кусочек кожи, лежащий в пыли. Сканируя его в замках остальных камер, он выпускает часть пленников наружу. Один из них, коренастый и почти беззубый, с сальными волосами и бегающим взглядом, держит в руках окровавленный нож. Им он только что убил Эрика, а теперь идёт к телу Вэла. Опускаясь на колени перед телом, он берет его руку, поднимая вверх:

– На какой руке у этого ублюдка должна быть метка?- недоуменно взирает он на запястье Вэла.

Гора хмыкает:

– А я почем знаю? Можно попробовать просветить, но зачем глумиться над телом, верно ?- издевательски ухмыляется он- Таскать его туда-сюда ? Мы ведь отныне - добропорядочные жители колонии, верно, парни?- ответом ему служит общий смех- Вырежь ему кожу с каждой руки, тогда и проверим.

Подняв автомат, Гора направляется к выходу. Мгновение - и он распахивает двери ударом ноги. А дальше начинаются хаос и смерть. У бывших заключенных лишь пара автоматов, несколько ножей и заточенных острых ложек, но на их стороне- ярость и накопившееся за многие месяцы и годы желание убивать, мстить. Они не помнят ни доброты, ни попыток сделать из них полноценных членов колонии. В их глазах - ненависть. К тем, кто посмел держать их взаперти.

Крики, стоны, стрельба. Раненые и убитые с каждой из сторон. Многие из бывших заключенных уже сражаются с автоматами в руках - мертвым ведь оружие ни к чему.

2.11 Мирра

Стингер, дрожащими пальцами сжимая автомат, короткими перебежками ведёт меня к убежищу. Как вдруг крики и звуки стрельбы раздаются впереди нас. Кажется, они исходят от ангара, где содержатся заключённые. Остановившись, Стингер замирает, вытянув шею, старается разглядеть, что же там происходит. Дрожь в его руках усиливается.

– Твою мааать!- тянет он, а после оборачивается ко мне.- Бежим! Код двенадцать!

Я не успеваю сказать и слова, как он хватает меня за руку, и тащит за собой. Автомат безвольно болтается на его боку, когда мы быстрыми перебежками спешим от одного ненадежного укрытия к другому. Так нас обнаружат в считанные мгновения.

– В поле! Мы сможем спрятаться там!- отвечает он на немой вопрос в моем взгляде.

– Нет!- наконец, решаюсь возразить.- Там они станут искать в первую очередь!

Стингер, забегая за один из небольших домов -фургончиков на территории, применяется спиной к накалившейся от солнца стене, не обращая внимания на жар, исходящий от неё. И растерянно моргает.

– Что там...что ты видел?- взволнованно интересуясь я, постоянно оглядываясь по сторонам - кажется, на нас могут напасть отовсюду, я не знаю, что происходит.

Стингер нервно выдыхает:

– Заключенные на свободе, с оружием. Я видел, как они убили нескольких из наших жителей.- его глаза наполняются страхом, а руки дрожат, сжимая автомат.

– К-куда мы можем спрятаться?
– растерянно спрашивает он у меня- Они наверняка сперва решат обследовать всю территорию.

Я задумываюсь на секунду. Если заключённые вырвались наружу, а в этом я не сомневаюсь, ведь их ярко-оранжевые робы ни с чем не спутать, и захватили власть, то вскоре начнут проверять каждый ангар - искать людей и проверять то, чем завладели. А ещё будут искать то, чем смогут усилить вооружение. Но

– Мусорка.
– выдаю одними губами. Вряд ли там станут что-то искать или проверять. Ангар с раздвигающейся крышей, где сжигается мусор, и территорию за ним проверят. Но вот несколько каменную постройку , полную огромных баков, заполненных мусором до конца, вряд ли станут проверять. А, если и будут, то поверхностно.

– Или тюрьма.- неожиданно добавляет Стингер, подозрительно шмыгая носом. Мои брови взлетают вверх в удивлении, но тут же понимаю - он прав. По целому ряду причин бывшие заключенные не захотят возвращаться туда. Первая, конечно, сама мысль о том, что вряд ли кто-то рискнёт прятаться там, да и когда успеют пробраться? Другая- что после обретения желанной свободы никто из них не захочет возвращаться туда, где проходил их долгий плен. И третья, самая важная, они сейчас просто опьянены властью. И тем, что теперь принадлежит им по праву завоевателей. Мы молчим довольно долгое время, вслушиваясь в происходящее. Крики и шум теперь доносятся от ангара с продовольствием. Стингер победно сверкает глазами, кивая в сторону тюрьмы.