— Лаура, — слышу, как Виктор произносит мое имя. — Теперь я единственный выход для тебя.

Виктор невозмутимо достает свой телефон и командует: — Заходи.

Через несколько секунд дверь открывается, и в комнату входят двое мужчин в костюмах.

— Что происходит? — Я дрожу.

Первый мужчина, излучающий строгий профессионализм, протягивает мне руку: — Мисс Томпсон, я Эндрю Тейлор, юрисконсульт корпорации Морозова. Я здесь, чтобы обсудить ваш брачный контракт с мистером Морозовым.

У меня голова идет кругом.

— Брачный контракт? — Сама не понимая почему, моя рука движется навстречу руке Эндрю в рукопожатии.

Эндрю улыбается: — Да, учитывая обстоятельства, это необходимо. Все документы в порядке.

Он протягивает мне толстую папку.

Я смотрю на Виктора, который молчит, не отрывая от меня взгляда.

— Что это за безумная ситуация? — бурчу я.

Смотрю не на Эндрю, а на другого мужчину, стоящего как охранник у двери, — негласный барьер между мной и любой мыслью о побеге. Возвышающаяся фигура с широкой грудью, суровый вид, борода и голубые глаза, которые, кажется, пронзают меня насквозь. На губах играет ухмылка, которая вызывает у меня глубокое раздражение.

Я смотрю на Виктора, потом на Эндрю, неверие затуманивает мой рассудок.

— Но… но я же замужняя женщина. Может, Дэвид меня и обманул, но ведь свидетельство о браке должно что-то значить?

— Уже нет, мисс Томпсон. — Эндрю спокойно садится напротив меня и протягивает пачку бумаг. Мои руки дрожат, когда я беру их, а глаза сканируют заголовок. — Свидетельство о разводе, — гласит надпись, а внизу страницы стоят официальные печати и подписи.

Мое сердце замирает.

— Но как это… вообще возможно?

— Давайте просто скажем, что у нас есть свои способы в отношении определенных… судебных процессов. — Эндрю заставляет себя улыбнуться.

Уставившись на Виктора, резко встаю: — Ты что, с ума сошел?

Пытаюсь успокоиться, когда Виктор подходит ближе, его аура излучает смесь опасности и контроля. Он останавливается рядом со мной.

— Котенок, безумие в том, что ты вышла замуж за человека, не имея ни малейшего представления о том, кто он на самом деле, — говорит он тихо и спокойно.

Я не могу сдержать слез, которые начинают течь. Он прав. Весь мой брак, все было гребаной ложью.

— Но… почему я? — удается спросить сквозь рыдания, вытирая слезы. — Почему…?

— Потому что, — ледяным тоном произносит Виктор, наклоняя мое лицо к своему, — ты всего лишь пешка. А теперь? Ты — собственность Морозовской Братвы.

Я наблюдаю за ней.

С лица исчезает вся теплота, а розовые губы стали бледными и дрожат от страха. Я не могу не почувствовать всплеск удовольствия от этого зрелища, зная, что это как раз то, что мне нравится.

Блядь, я хочу попробовать на вкус эти дрожащие губы, насладиться ее страхом и сделать его своим собственным.

— Брат... вы? — заикаясь, лепечет она, ее губы слегка приоткрылись в шоке.

— Да. Братвы, — подтверждаю я, окончательно отпустив ее лицо.

Она прищуривается.

— Мафиози и гангстеры, как... Крестный отец? Лицо со шрамом? — Пытаясь сдержать слезы, она в конце концов начинает фыркать, ее дыхание сбивается с каждым сдавленным всхлипом.

— Именно так. Но мы настоящие. А не какая-то голливудская фантазия, — наблюдаю, как она переваривает мои слова.

Нервно проведя языком по губам, пытается проглотить нарастающий комок в горле.

— Это должно быть шутка. Это просто должно быть какая-то шутка, — шепчет она, смятение написано на ее красивом лице.

Я позволяю ей на мгновение осмыслить мои слова, наблюдая, как ее глаза расширяются от недоверия и осознания.

— Это не простая афера, Лаура, — говорю резко, убедившись, что она понимает всю серьезность ситуации. — Дэйв Янковски в большом долгу перед нами, — Морозовской Братвой. Он задолжал нам целое состояние.

Взгляд Лауры заостряется, в голове что-то щелкает. У нее такой взгляд, будто она соединяет точки, губы сжались в тонкую линию, сдерживая бурю слов или, может быть, просто поток вопросов.

Ее голос дрожит, когда она говорит: — Дэвид... он был связан с мафией, не так ли?

— Да, — холодно подтверждаю я. — И он задолжал нам два миллиона долларов. И когда он не смог расплатиться, он использовал тебя в качестве залога.

— Что? — Она задыхается, ее рука взлетает вверх, чтобы прикрыть рот, глаза расширяются от шока. — Что это значит?