Кто-то переглянулся. Даже пробежал едва заметный шёпот. Я заметил, как дед сжал трость чуть крепче — явный знак удовлетворения.

Внезапно я понял: они не хотели услышать заученные ответы или смелые обещания. Они хотели увидеть характер. И почему-то я почувствовал, что могу быть собой, не пытаясь соответствовать чьим-то ожиданиям.

Это было странно освобождающе.

— Позвольте гипотетический вопрос, Ямагути-сан, — произнёс мужчина, чьи золотые запонки с брюликами стоили, вероятно, состояние. Его голос звучал мягко, но в нём слышался металл. — Перед вами две дороги: стабильность или возможность. Безопасный путь или рискованный прыжок, способный удвоить влияние компании. Какой путь выберет наследник Кобаяси?

Я почувствовал, как воздух в комнате стал плотнее. Это не просто вопрос — это был тест.

— Интересная дилемма, — ответил я, выдержав паузу. — Но, возможно, сам вопрос построен на ложном противопоставлении.

Многие прищурились.

— Видите ли, — продолжил я, — истинная сила заключается не в выборе между риском и стабильностью. А в умении находить точку баланса. Превращать риски в возможности, а стабильность — в фундамент для роста.

Женщина в темно-синем костюме. Та самая, да. Снова приподняла подбородок:

— Красивые слова, Ямагути-сан. Но бизнес требует конкретных решений.

— Верно, — я снова посмотрел ей прямо в глаза. — И каждое решение должно отвечать одному вопросу: укрепляет ли оно доверие к имени Кобаяси? Можно удвоить прибыль, но потерять репутацию. А можно принять меньшую прибыль сегодня, чтобы завтра открыть двери, которые другим даже не видны.

Я заметил, как дед кивнул. В глазах директоров появилось что-то новое — может быть, уважение, а может, признание.

Старик с массивным перстнем-печаткой усмехнулся:

— Мудрый ответ для столь молодого человека, ещё и потерявшего память.

Я ответил ему с полуулыбкой:

— Возможно, некоторые вещи хранятся не в памяти, а в крови.

Дед поднялся, опираясь на трость. Его аура мгновенно заполнила комнату, забрав внимание зала.

— Господа, — произнёс он с той властностью, которая не требует повышения голоса. — Уверен, вы увидели, каким потенциалом обладает мой внук. Будущее Кобаяси Групп в надёжных руках.

И мы покинули зал.

В коридоре дед положил руку мне на плечо:

— Казума, — в его голосе зазвучала теплота, — сегодня ты показал им не то, что они хотели увидеть. Ты показал им то, что они должны были увидеть.

Я улыбнулся:

— Думаешь, они впечатлены?

— О, — усмехнулся дед, — они в ужасе! И это именно то, чего я ждал.

…

После напряжённой встречи мы поднялись на 119-й этаж, и дед Изаму повёл меня по коридору, который выглядел так, будто его проектировали на случай, если сюда вдруг решит заглянуть какой-нибудь император.

— Ты проделал хорошую работу, Казума, — сказал дед, чуть сбавив темп.

— Спасибо, — шёл я рядом. — Если честно, думал, что кто-то из них меня укусит.

— Они пытались, — заметил тот с лёгкой усмешкой.

Мы остановились перед массивной дверью из тёмного дерева. На серебряной табличке элегантная гравировка гласила: «Ямагути Казума». Свет, падающий из окон коридора, играл на металле, прям как специально подчёркивая значимость момента.

— Твой кабинет, — произнёс дед Изаму с особой интонацией, которая превращала простые слова в исторические события.

— Кабинет? — переспросил я, поднимая бровь. — Ты решил, что теперь у меня будет личный тронный зал?

Дед проигнорировал мой сарказм, жестом приглашая войти. И я оказался в помещении, которое выглядело как интерьер мечты любого бизнесмена.

Панорамные окна открывали вид на Токио, превращая город в живую картину. Массивный стол из редкого чёрного дерева возвышался как алтарь власти. Каждая деталь интерьера кричала о статусе: антикварные часы, картины в строгих рамах, книги в кожаных переплётах.

— Место, достойное наследника Кобаяси, — произнёс дед, наблюдая за моей реакцией.

Я медленно прошёл к столу, проводя пальцами по полированной поверхности.

— Впечатляет. Хотя больше похоже на музей, чем рабочее место.

Он подошёл ближе и положил руку на спинку кресла, собираясь сказать что-то важное.

— В этом кабинете ты будешь принимать решения, которые повлияют на судьбы тысяч людей.

Я обернулся к нему:

— А если я не оправдаю ожиданий?

— Ты Кобаяси, — просто ответил он. — Мы не боимся ответственности. Мы её принимаем.