— Доброе утро, Ямагути-сама, — поздоровались они в унисон, кланяясь с идеальной глубиной поклона корпоративного этикета.

— Доброе, — ответил я, кивнув им.

Кана указала на полку элегантным жестом:

— Документы — сюда.

Сотрудники двигались с осторожностью сапёров на минном поле, раскладывая папки. Каждое их движение было выверено, словно малейшая ошибка могла стоить карьеры.

Пока они раскладывали документы, я заметил, как один из них — молодой мужчина украдкой взглянул на меня. Его взгляд задержался на мгновение дольше, чем следовало, и он тут же опустил голову, притворяясь, что сосредоточен на работе.

Его коллега — женщина лет тридцати тоже не удержалась от короткого взгляда в мою сторону, прежде чем закончить с папками.

Когда работа была завершена, они снова выстроились перед Каной, склонив головы.

— Задание выполнено, Кана-сан, — доложила женщина.

— Свободны, — ответила Кана, и в этом коротком слове слышался вес всей корпоративной иерархии.

Они поклонились снова, на этот раз чуть ниже, и направились к выходу.

Когда дверь за ними закрылась, я не удержался:

— Ты заметила, как они на меня смотрели?

— Они проявили уважение, как и положено, Казума-сама, — ответила Кана ровно, складывая руки за спиной.

— Уважение? — почесал я щеку. — Да они смотрели на меня, как на какую-то знаменитость.

— Вы наследник корпорации Кобаяси. Это неизбежно.

— Неужели? — спросил я, взяв один из отчётов. — Тогда, может, мне начать раздавать автографы?

Кана, как всегда, сохранила железное самообладание, но я уловил её лёгкий сарказм:

— Если это будет частью ваших обязанностей, я внесу в график.

Я улыбнулся, глядя на неё.

— Ты непробиваемая. Ладно, посмотрим, что тут у нас.

И открыл папку. «Финансовый отчёт: Квартал 1» — гласил заголовок, выведенный с каллиграфической точностью.

Кабинет наполнился мягким шелестом переворачиваемых страниц. Цифры и графики. Целое море. Кана застыла рядом — безупречный страж, готовый ответить на любой вызов.

— Признайся, Кана, — пробормотал я, не отрывая взгляд от документов, — если бы ты могла выбрать между этими отчётами и чтением сборника поэзии, что бы выбрала?

— Отчёты, Казума-сама, — ответила она с той же непоколебимостью, с какой горы встречают рассвет.

— Ясно, — протянул я, перелистывая ещё одну страницу. — Значит ты из тех, кто способен находить поэзию в колонках цифр.

Её лицо осталось непроницаемым, но в глазах промелькнуло что-то, похожее на улыбку:

— Цифры никогда не лгут, Казума-сама. В отличие от поэзии.

…

Часы медленно ползли к обеду. За окнами небоскрёба во всю светило дневное солнце, но в кабинете время остановилось. По крайней мере для меня. Я погружался всё глубже в мир цифр и графиков, позволяя информации течь сквозь сознание. Первый квартал. Идеальный баланс доходов и расходов. Второй — безупречная структура инвестиций. Третий — стабильный рост по всем показателям. Я продолжал изучать. Цифры сливались в одну бесконечную реку, но в голове всё раскладывалось по полочкам.

Кана дважды предлагала сделать перерыв, но я только качал головой.

К четвёртому часу погружения в отчёты… Да, Кана перенесла пресс-конференцию. Ведь я не мог оторваться от отчётов. Пальцы уже подрагивали от усталости, а глаза начинали путать строки.

— Казума-сама, — голос Каны прорезал тишину, — возможно, стоит…

— Нет, — я поднял руку, не отрываясь от документов. — Рано.

Она замолчала, но я спиной ощущал её напряжённый взгляд.

Перевернул ещё одну страницу. Потом другую. Цифры танцевали перед глазами, складываясь в причудливые узоры корпоративной мощи. Всё выглядело идеально. Слишком идеально. А там, где такая идеальность, всегда таится хаос.

Прочитав последний документ, я аккуратно сложил его и закрыл глаза, прокручивая в уме всю информацию. Все осколки мозаики, складывая их в разные картины. Сотни показателей, тысячи цифр.

И вдруг…

Замер.

Подожди-ка.

Потянулся к первому отчёту и быстро открыл таблицу доходов. Затем к другому — детализация расходов. Пальцы двигались всё быстрее, пока сверял данные.

— Интересно, — пробормотал я, придвигая к себе отчёт за второй квартал.

Кана бесшумно материализовалась рядом:

— Что-то не так, Казума-сама? Вы что-то обнаружили?

— Здесь, — мой палец замер над строкой в отчёте, как клинок над целью. — Десять миллионов йен были списаны как расходы на «непредвиденные нужды», но если сравнить с этой таблицей…

И вытянул другой документ, проведя пальцем по строке.

— Эта сумма уже учтена как инвестиция в проект «Северное крыло».

Кана склонилась над столом, взгляд стал острым, как лезвие катаны:

— Это может быть простым совпадением, Казума-сама.