– Ты настоящий брат, Федя, – искренне заключает меня в объятия. – Так переживаешь за сестру, когда у самого проблем выше крыши. Я согласен с тобой. Пусть до свадьбы Маргарита останется в твоем доме, – важно заявляет он.

– Рад, что ты понимаешь, – касаюсь щекой небритой щеки Рустама. Выхожу на террасу, давая голубкам попрощаться.

Мысли бы в кучку собрать. Голова и так раскалывается, а тут еще от Асгара по башке прилетело. Здоровый черт. И кулаки как чугунные.

– Ант, – выходит он за мной следом. – Спасибо тебе. Я очень люблю Марго. И обещаю сделать ее счастливой, – бурчит, становясь рядом. – Весь год дергался как придурок… А надо было встретиться и поговорить. Все бы решилось.

Усмехаюсь невольно.

Решилось бы! Как же!

– Или нет? – мгновенно считывает мои эмоции Рустам. – На тебя смерть Лаймы так повлияла?

Киваю коротко. Что объяснять? И без того все ясно.

– Ты же найдешь заказчика? – роняет он порывисто и поворачивается к Маргарите, выходящей на террасу. – Иди ко мне, малыш, – протягивает ей руку.

– Найду, – бросаю второпях. Не хочу, чтобы сестра слышала. – Исполнителя взяли уже. Я уже к нему человечка направил. Скоро и на заказчика выйдем.

– Я понял. Если нужна помощь, говори. Подключусь, – Рустам одним движением притягивает Маргариту к себе. Обнимает за талию.

– Да сам справлюсь, – морщусь раздраженно.

– Мне не нравится эта история, – вздыхает Маргарита. Моя сестра и генеральный директор всех моих компаний. И что теперь делать, твою ж мать? Выводить из дела Марго или проводить слияние бизнеса с Асгаровым? Ни тот, ни другой вариант меня не устраивает.

Что за день сегодня такой? Устало тру затылок.

– Поясни, дорогая, – напрягается Рустам. Внимательно смотрит на Марго, будто сейчас она откроет рот, и оттуда посыплются бриллианты. Ну, или ящерки и змеи.

– Вы что, не понимаете?! – вскидывается Маргарита. – Вас же стравить хотят. Никто не знает о нас с Рустамом. Мы хорошо шифровались. Ты бы на кого сразу подумал, Федечка? – смотрит на меня пристально.

– Я же только фактам доверяю, Марго.

– Ну, вот тебе и факты. Крупные игроки знают друг о друге все. И соблюдают договоренности. Значит, это кто-то залетный или поднимающее голову молодое дарование. Из тех, кому море по колено.

– Марго права, – медленно тянет Рустам, будто обдумывает каждое слово. – Убийство Лаймы касается всех нас. Поэтому я со своей стороны подключу людей. Надеюсь, ты не возражаешь?

– Давай, брат… Вернемся к этому вопросу завтра… После свадьбы.

– Естественно, – пожимает мне руку Асгаров и нежно так смотрит на Ритку. – Едем ко мне, кисуль?

И моя малая кивает.

– Все. Пока, – целует меня в щеку. – Я напишу про свадьбу.

– Рита, – шипит Асгаров. – Мы пришлем твоему брату приглашение.

– Приезжайте лучше завтракать, – великодушно приглашаю я и, наконец, понимаю. Все. Звиздец. Ритка занята своими делами, а мне придется самому нянчиться с мелким и терпеть его тетку.

– Ант, прости, но никаких зацепок не было! – бросается ко мне Ефим, стоит только отчалить сладкой парочке. – Маргарита у нас допоздна на работе, потом домой. В джакузи посидит, и в люлю. Все время при охране. На выходные иногда отпускала личку… Но я и подумать не мог… Прости, брат. Недоглядел, – ноет он.

– Заткнись, и без тебя тошно, – морщусь недовольно. – Надо ко мне в Тагильскую съездить и здесь обосноваться.

– Зачем? – смотрит на меня изумленно мой главный безопасник. И его заодно поменять, что ли?

– Мозги включай, Андрюха, или всеку, чтобы они на место встали.

Не могу я к себе забрать девчонку и сына. В моей берлоге только детей и женщин не хватало! И тут их одних оставить не могу. А значит, выход один. Самому переехать в семейное гнездо.

– Давай. На сегодня свободен, – отпускаю хмурого безопасника. Что там у него в голове творится? Без понятия. – Юра, Леша, сегодня со мной. И парни из лички. В Тагильскую смотаемся и тут прибомбимся.

Всю дорогу туда и обратно я пытаюсь понять почему грохнули Лайму. Велю проверить банкира, его жену и официальную любовницу. Прикидываю, когда и где он мог встречаться с Лаймой, и не нахожу ответа. Мысли постепенно сворачивают на сына, маленького забавного котенка. Еще у Ритки родится малыш. Будет одна компания.

И неожиданно, будто наяву, вижу Оливию. В белом льняном платье, с животом…

Чур, меня, чур! – вздрагиваю, просыпаясь. Приснится же такое. Мать его так…

«Но перед девчонкой надо извиниться, – выходят из глубокого анабиоза зачатки совести. – Нехорошо получилось. Не по-человечески. Надо было сразу объяснить. А я, как последний гондон, пыжился. Что-то строил из себя».

Вернувшись домой, сразу поднимаюсь наверх. Девчонка не спит. Я видел, она к окну подходила.

Прохожу в комнату, сажусь на пол около кровати и, положив на постель затылок, начинаю рассказывать. Хрипло. Неспешно. Иногда сбиваясь. Но пытаюсь объяснить, почему я такая скотина бесчувственная.