— А что там? Плохие отзывы? — вот как раз эту сестру Ирвина Айлинн пока ни разу не видела.

— Да, не очень. Говорят — Джейн очень зазнаётся. Спроси Кэти — они в одной школе учились, она же как мы по возрасту, только не училась в Академии.

— Вот Джейн я как раз не знаю, — покачала головой Айлинн. — Я знакома с самой младшей, Дафной, и братом Джонатаном. Они нормальные. Наверное, увижу всех остальных в субботу.

— Об этих ничего не знаю. Но с чего Бакстон тебя позвал-то? Вы всё же встречаетесь, да?

— Ну… — запнулась Айлинн. — Так вышло. Я сама не очень поняла, как именно, но — похоже, что встречаемся.

Эмбер оглядела её, будто впервые увидела.

— Это тебе компенсация от мироздания за придурка Стивена. Чтобы посмотреть — бывают не только самовлюблённые идиоты, но ещё и совсем другие люди. И как он?

Айлинн вздохнула. Она никогда не умела в эти все обсуждения парней. Ну что тут скажешь?

— Как никто, — нашлась наконец с ответом.

— Это понятно, — закивала Эмбер. — Красавчик, и семья приметная. Постой, а тебе есть, в чём пойти?

— У меня есть платье, в котором я получала диплом, — наверное, оно подойдёт?

— Да ты что! Нужно новое! — замахала на неё руками Эмбер. — Новое, какое-нибудь серебристо-серое, или цвета морской волны, как твои глаза!

Если честно, то в планы Айлинн не входила покупка вечернего платья в этом месяце. Но…

— Ты думаешь, нужно? — уныло спросила она.

— Конечно! Нужно покупать! Сходить с тобой завтра? — Эмбер, кажется, была готова подскакивать и бежать хоть сейчас, но уже поздновато.

Айлинн задумалась.

— Знаешь, а давай. Я сто лет не ходила ни за какими глобальными покупками. Кажется, мне это нужно.

— И ещё нужен маникюр, что у тебя за ногти!

— Нормальные ногти артефактора, чего тебе не так?

Это правда, артефакторы не отращивают длинные ногти, а коротко стригут и не украшают никакими наворотами, если это не специальные навороты, как татуировки у боевиков. Но Айлинн не было нужды делать какие-то специальные навороты, вот если бы она работала где-то, где было бы нужно анализировать какие-то вещества, или что-то ещё подобное — сделала бы. А так — вроде бы незачем.

— Ну так можно просто сделать коротко и элегантно. У девушки будущего лорда Бакстона всё должно быть идеально, понимаешь? Об тебя же все гости глаза сломают, и хозяева тоже. Так, я поняла. Завтра ты во сколько освобождаешься?

— Могу часа в четыре.

— О, нормально, — Эмбер уже листала что-то в телефоне. — Я пишу своему маникюрному мастеру и прошу принять тебя срочно. Ну и по ходу посмотрим, что ещё можно будет сделать — маски там, массаж или что-то ещё. Кэти позовём, да? И устроим оргию самосовершенствования.

Кэти, будучи спрошена, сказала, что она согласна. И что её тоже позвали на тот приём — вместе с братом. Так что будет повод приодеться.

— Значит, завтра все и встретимся, — заключила Эмбер.

Ирвин так и не успел понять, что ему лучше сделать — сбежать нахрен и прикинуться, что ничего не было, или же идти до конца — всё же у них тут служба, не в фантики играют. Полковник увидел его.

— А, Ирвин, заходи. Вы знакомы?

— Вполне, — тут же ответил Ирвин, пока Сазерленд телился и тупил.

— Вот и отлично. Джеймс, ступай оформляйся. Мардж в курсе, должна всё подготовить.

Сазерленд одарил Ирвина совершенно недобрым взглядом, но поднялся и пошёл, куда послали. Ирвин же сел на его место.

— Полковник, вы его, ну, добровольно взяли? Или вас заставили? — потому что, ну…

В управлении некромантов на постоянном контракте не было ни одного. Все так справлялись. А если уж нужно было, вот как сейчас, то арендовали где-нибудь на раз, и обычно это были приличные некроманты. С подходящим опытом и всё такое. А это экзотическое растение им куда высаживать?

— Отчего же заставили? — усмехнулся полковник. — Попросили.

— А можно, ну, мы его обратно вернём? Туда, где просили. И тоже попросим, только, ну, подготовленного? И понимающего, что к чему?

— Алан Сазерленд желает, чтобы его племянник как можно скорее вписался в нашу нормальную жизнь.

Племянник министра информации? И откуда он такой вылез?

И видимо, на лице Ирвина всё это было прямо большими буквами написано, потому что полковник рассмеялся.

— Конечно, человек вырос вне нашей культуры, но это не приговор. Обтешется.