— Осталось недолго, — сказала Харпер приглушенным голосом. — Но учти, я уже более девятнадцати лет не ходила по этим туннелям, а полное путешествие совершила лишь однажды… После того как мы с Рейнором прошли его в первый раз и начертили руны, в туннелях больше не было нужды; хотя мы весело провели время, исследуя их. — на ее лице появилась грусть, и она отвела взгляд.

— Как ты понимаешь, куда идти? — прошептала Кэсси, сидя передо мной, ее глаза были закрыты. Как и обещала Харпер, боль от схваток вернулась, то усиливаясь, то затихая, как прилив, становясь сильнее с каждой волной, вместе с моим беспокойством. К счастью, сейчас у нее была передышка, но она была еще более истощена, и это пугало меня. Что, если у нее не хватит сил, когда Ксандер наконец решит появиться на свет?

Харпер указала на стены.

— Здесь несложно найти дорогу. — она провела руками по символам, высеченным в скале. Как и пещера, стены туннелей были украшены гравировками тысяч преданных влюбленных, нашедших убежище в этих скалистых пределах. — У большинства спускающихся сюда одна и та же цель — быть с тем, кого они любят, без осуждения. Они оставили инструкции, чтобы никто не заблудился, а также послания с надеждой и утешением не только друг для друга, но и для тех, кто придет после.

— Это так мило, — пробормотала Кэсси, а потом застонала и свернулась калачиком. Стрела остановилась, но я приказала ей продолжать идти. Нам нужно было торопиться, схватки становились все сильнее.

Мы ускорились, и через несколько мгновений Кэсси расслабилась, хотя я не могла этого сделать.

— Ты оставляла послание? — Кэсси ахнула, явно пытаясь сосредоточиться на чем-то другом, кроме своей боли.

— Да. — Харпер кивнула, ее взгляд стал отстраненным, и она улыбнулась. — Мы проводили здесь часы, обтесывая камень, чтобы вывести несколько слов… иногда мы проводили время, читая то, что написали другие пары. Нам так и не удалось прочитать все отрывки, как мы планировали…

У меня сжалось горло, и я открыла рот, чтобы поделиться своими соболезнованиями, как вдруг земля содрогнулась. Стрела пронзительно закричала, запрокинув голову, когда Харпер бросилась к ней, придерживая щелкающий клюв, чтобы она не убежала.

— Что происходит? — выдохнула Кэсси, широко раскрыв глаза.

— Пещеры не стабильны, — крикнула Харпер, перекрикивая грохот земли. — Они еще не обрушились, но давайте не будем мешкать! Вы идите вперед.

Я заколебалась, готовая протестовать.

— Вам с Райкером еще предстоит победить Лилит. — она была права. Прикусив губу, я обхватила сестру руками, и она застонала. Харпер отпустила клюв Стрелы, и мы пронеслись мимо.

— Просто идите прямо, — крикнула она. — Я вас догоню! — грохот заглушил ее голос, и я склонилась над сестрой, когда мы прижались к спине Стрелы, а грифон понеслась вниз по туннелю. Закрыв глаза от сыплющегося на нас гравия и грязи, я прижалась лицом к плечу сестры.

Мы выскочили из входа в туннель, и лишайники и лианы, свисавшие над отверстием, вцепились в нас, словно скрюченные пальцы. Солнечный свет ослепил меня, и я прищурилась, когда Стрела резко остановилась, тяжело дыша.

Я выпрямилась, надеясь, что не слишком сильно придавила сестру в своей неистовой попытке удержать нас обеих в сидячем положении, и смахнула с ее лица волосы, покрытые пылью.

— Ты в порядке?

Кэсси застонала, но кивнула, хотя и не поднялась со спины Стрелы, а лишь еще глубже зарылась лицом в золотистые перья шеи грифона. Все еще пытаясь перевести дыхание, я погладила худую спину сестры и посмотрела на вход в пещеру, где все еще колыхались сломанные лианы и лишайник. Земля под нами продолжала неприятно дрожать, но на открытом пространстве, где не было ничего, что могло бы упасть и убить нас, было не так страшно.

— Пожалуйста, пусть с ней все будет хорошо, — прошептала я, отстраняясь и глядя на скрытую пещеру. Харпер не могла умереть. Кэсси нуждалась в ней, я нуждалась в ней, и, хотя я недолго знала эту суровую, но добрую женщину, она заботилась о нас с сестрой, как о собственных детях, не осуждая. Она заняла место в моем сердце и в моей семье, и я любила и уважала ее так же сильно, как если бы знала ее много лет.

— Она справится, — тихо сказала Кэсси, положив свои бледные пальцы на мою руку.

Я сжала ее пальцы. Мое сердце и дрожащая земля наконец успокоились, и я огляделась. Нас окружали древние руины, разрушающиеся стены и здания, наполовину скрытые за мхом и лианами. Трудно было представить, какой славный город здесь когда-то стоял.

— Это был дом Евы и Уриэля после того, как они поженились, — послышался задыхающийся голос, и лишайник всколыхнулся, а из туннеля появилась покрытая пылью Харпер.

— Харпер! — я бросилась вперед, крепко обнимая женщину, и подавила эмоции, угрожавшие меня задушить. — Ты жива.

Она вздохнула и похлопала меня по плечу.

— Тебе не стоило беспокоиться, дитя. Я не в первый раз имею дело с этими капризными пещерами… хотя надеюсь, что в последний. Я становлюсь слишком старой для этого.

Я отстранилась, нахмурившись.

— Ты не… ты ранена!

По ее виску потекла струйка крови, и она подняла руку, прикоснувшись к ней и поморщившись.

— Это всего лишь царапина. Я выживу.

Я вздохнула с облегчением и снова напряглась, когда Кэсси зашипела сквозь стиснутые зубы.