Он наморщился, а через мгновение его крылья задрожали и сложились, превращаясь в кожу, пока не исчезли совсем. Я села прямо, прижимая простыню к голой груди.

— В следующий раз, когда они появятся, будет также больно?

Он передернул плечами, словно привыкая к весу.

— Нет. Первый раз всегда хуже. Хотя раньше у меня были крылья, их исчезновение нарушило мою связь, поэтому, когда ты сняла печати, все повторилось как в первый раз.

— Прости…

— Нет. — он наклонился над кроватью, чтобы поцеловать меня в лоб, и мне пришлось бороться с желанием не утащить его обратно в облака вместе со мной.

Когда Райкер отошел, я посмотрела на свое брошенное платье, лежащее на кровати, и не смогла убедить себя покинуть тепло и уют, чтобы его взять. Я подтянула колени и положила на них голову, а мое внимание переключилось на окружающий беспорядок.

— Почему кровать осталась цела?

Райкер скривился и закончил затягивать ремень на бедрах.

— Каким бы разъяренным и побежденным я себя ни чувствовал, я не смог заставить себя прикоснуться к ней. Она предназначена для тебя… для нас… и, наверное, я все еще надеялся, что так и будет. — он наклонил голову, но я все равно заметила, как покраснели его щеки.

— Я рада, что ты ее не сломал.

— Я тоже… — громкий звон колокольчика эхом разнесся по комнате, заставив меня подпрыгнуть.

Райкер выпрямился, его взгляд метнулся от меня к двери.

— Что это? — спросила я.

— Кто-то хочет войти…

— Что! Я не одета. — я нащупала разбросанную рядом с кроватью одежду и натянула через голову серое платье, когда Райкер остановился у двери. — Ладно, можешь их впустить.

Он открыл дверь и выглянул наружу.

— Лана?

— Простите, что беспокою вас, но это не могло ждать. — она вошла и закрыла за собой дверь.

Черт. В моем собственном маленьком пузыре блаженства с Райкером Лилит и надвигающаяся война отошли на задний план. Теперь же они вырвалась на передний план, и мое сердце ускорилось, когда я снова села на кровать. Ставя на пол плетеную корзинку, Лана посмотрела в мою сторону, прежде чем снова перевести взгляд на Райкера, прикусив губу, очевидно, пытаясь скрыть улыбку. Я нахмурилась.

— В чем дело? — спросил Райкер, заплетая свои длинные волосы в обычную косу.

— Лилит. — Лана скривилась, а Райкер кивнул, очевидно, придя к тому же выводу, что и я.

— Она прислала посланника, но он будет говорить только с тобой.

— Конечно. — Райкер вздохнул, перекинув косу через плечо. — Думаю, мне стоит пойти и узнать, чего он хочет.

— Подожди, я пойду с тобой. — я двинулась к нему, но голос Райкера заставил меня замереть на месте.

— Нет.

— Нет? Что, если это ловушка? Кого-то послали, чтобы тебя устранить! Я не позволю тебе в одиночку встретиться со слугой этой змеи.

— Для этого у меня есть стража. Я не буду подвергать тебя опасности.

— И ты думаешь, я не против, что ты подвергаешь себя опасности?

— Калеа. — он пересек комнату несколькими длинными шагами и остановился передо мной, взяв мое лицо в свои руки. — Подумай об одном. В этом мире есть только два человека, у которых есть шанс покончить с Лилит прямо сейчас. Если посланник что-то задумал, будет лучше, если мы оба не окажемся на прямой линии ее гнева. Кроме того, она может еще не знать, что ты здесь, и я бы предпочел не давать ей такого преимущества.

Мне было неприятно, что он прав, но я все равно боялась за него, за человека, у которого в руках находилось мое сердце.

— Я не могу тебя потерять.

— И не потеряешь. Но нам нужно выяснить, чего она хочет, и, если это единственный способ заставить посланника говорить, то так тому и быть. Раз он пришел к нам, значит, у нас есть преимущество. Ничего плохого не случится, я обещаю. — он поцеловал меня, как будто это могло все уладить, но это ничуть не уменьшило моего беспокойства.

Он отстранился, и я прикусила губу, желая, чтобы был какой-то другой выход.

— Что я должна делать, пока тебя не будет? Просто сидеть здесь и ждать результатов, пока ты подвергаешь себя опасности?

— Твоя сестра спрашивала о тебе, — сказала Лана.

Чувство вины пронзило меня. Я должна была проверить ее раньше.

— Она…

— С ней все в порядке. — Лана отмахнулась от моего беспокойства. — Но у Райкера есть свои обязательства, о которых нужно позаботиться, как и у тебя.

Смирившись, я кивнула. Райкер заключил меня в крепкие объятия, и я ответила ему тем же. Мне не хотелось, чтобы он отпускал меня, но я заставила себя отступить. Поцеловав меня в последний раз, он перешагнул через порванные пергаменты и сломанную мебель и вышел из комнаты. Двери с щелчком захлопнулись за ним, погрузив нас с Ланой в неловкое молчание, которое она, казалось, была слишком рада нарушить.