— Гм, что ж… Неплохо, весьма неплохо. Ты и твои друзья уплатили налог за одиннадцать с половиной дней, — сказал он.

— Мы можем добыть больше, если ты дашь нам людей.

В больших глазах живой жабы промелькнул интерес.

— Я не волен распоряжаться теми, кто живет в Копях.

— Но ты можешь подсказать, к кому обратиться. А еще мне нужны пруды. И чтобы ни один говноед не отвлекал меня от добычи ресурсов, — сказал я и добавил. — И тогда пятая доля будет твоей.

Взгляд Хишимра мгновенно заледенел.

— Я не беру взяток, новичок! Я служу господам акционерам за совесть!

— Хорошо, — легко согласился я. — Тогда все, что мы соберем, пойдет в их закрома к их вящей пользе! Так тебя устроит?

Хишимр задумчиво покусал губу и еще раз смерил взглядом лежащий перед ним мешок с ресурсами.

— Все, что идет на вящую пользу акционерам — благо. В этом ты прав, — проговорил он. — И вы действительно хорошо поработали за эти дни. Если у вас будет хотя бы полудюжина разумных… и вы поднимите их производительность хотя бы до трех четвертей своей…

Некоторое время Хишимр бормотал, глядя на небо, прикидывая прибыль и так, и эдак.

— Хорошо, ты получишь три дальних пруда. Вон там у камней. И я дам тебе Гурцла. При нем никто не посмеет вас трогать. Но его долю также заплатите вы. Гурцл поможет подобрать охотников.

Я хотел, было, пожать ему руку, но они были, мало того, что все в бородавках, так еще и покрыты какой-то слизью. Потому, ограничился кивком.

Пруды у камней котировались не слишком высоко. И из-за того, что были довольно мелкие, и из-за того, что здесь можно было нарваться на излишне агрессивных тварей. Раз в день стабильно кто-то из рабов вытягивал не ту гадину и подвергался атаки из тумана. Таких тварей местные называли «демонами». Они подолгу таились у самой кромки этой реальности. Чаще всего стражники их отгоняли, но иногда они успевали собрать кровавую жатву. Бедолаги исчезали бесследно, не оставляя даже пепла. И больше не возрождались.

Кстати, о возрождениях. В поселении был свой Обелиск. К которому всех нас заставили привязаться. Ощущение это было не из приятных. Тебя словно с корнем выдирали из одного места и насильно впихивали в другое. Мне даже показалось, что сей процесс был… как бы это сказать… «ненатуральным», не входил в стройно выстроенную Систему.

Спустя час близ нашей компании объявился невысокий плешивый хрен в жилетке на голое тело. На его плечах виднелись зоновские татуировки. Какие-то звезды, кресты. Охранник. Не раб.

— Это вы чтоль, братки, нашей жабе дохренища ресов обещали? — сказал он, по блатному растягивая слова. Впрочем, настроен был весьма дружелюбно.

— Мы. Ты Гурцла будешь? — спросил я.

— Агась. А ты шо, братан, с Земли?

— Оттуда.

Гурцла тут же расплылся в улыбке.

— Землячок, значится, братуха. А где высадился?

— В Чаграке.

— Чаграке… М-м-м… — он почесал окруженную венчиком волос плешь. — Хрен его знает, где это. Я с Кензаса. Это на севере отсюда.

— Чаграк на западе… Был. Нет его больше, — угрюмо сказал Бугор.

Гурцла оказался весьма вменяемым хреном. Болтливым до невозможности, но это в нашем положении был скорее плюс. Хотя, о важных вещах он не распространялся, по мелочи о местных раскладах мы узнали предостаточно.

Но в то же время, с ним нужно было держать ухо в остро. Вопросик здесь, вопросик там. Он изучал нас, оценивал. На деле особых тайн у нас не было. Единственное, о чем я не собирался распространяться, так это о том, что являюсь Черным. Но Жвач о том не знал, а Бугор был не дурак, чтобы трепаться о таких вещах направо и налево.

К обеду Гурцла собрал нам команду из семи рабов. Как видно, «жаба» решила выдать нам картбланш, чтобы посмотреть, чего мы реально стоим. Вариантов, собственно, было два. Или мы как-то намутили такое количество ресурсов, или реально сумели их добыть.

— Сейчас, господа, здесь появится много вкусных тварей. Ваша задача выбирать из них тех, что послаще, вытягивать и половину отдавать мне.

— А ты часом, не охренел ли, «господин»? — с ненавистью сплюнул один из охотников. Лысый раб с покрасневшими по локоть от долгой охоты руками. Он был болезненно худ, но жилист, и уже порядочно изъеден гнойниками.

Жвач вразвалочку подошел к рабу и лениво смазал его по морде. От чего тот с разбитым носом рухнул на землю.

— Я никого не держу. Но даже половинная доля у меня, будет заметно больше, чем вы насобираете в других прудах, — сказал я, искоса наблюдая за Гурцлой.

Пока что тот не вмешивался, с полуулыбочкой стоя в стороне и грызя какой-то фрукт. Уверен, каждое слово и каждое действо здесь уже завтра будет известно Хишимру.

Лысый поднялся, сплюнул кровь, но не ушел.

— Десять минут на подготовку и приступим, — сказал я и позвал Тень.