— Я первый в очереди на эту девушку!

Комната взорвалась смехом.

Но мой взгляд встретился с Ривером, и он знал, что я чувствую на самом деле.

Но действовать — это совсем другая история.

Потому что он был прав. Её мир и мой мир не пересекаются.

А сейчас мне нужно сосредоточиться на своём поединке.

Для отвлечений места не было.

А Деми Кроуфорд — это одно большое отвлечение.

. . .

Глава 10

Деми

Я приходила в зал каждую ночь после работы на этой неделе, чтобы тренироваться с Дугом, которого все называли Пинки. Очевидно, с фамилией Пинкертон ему приходилось непросто в боксерском мире. Он хотел, чтобы его звали Дуг, Ударник или просто Пинкертон, но все упрямо называли его Пинки.

Я понимала его, потому что сама не смогла добиться, чтобы меня звали тем прозвищем, которое я хотела. Конечно же, Ромео нашел способ добавить своё — он сказал Пинки, чтобы тот звал меня Бинс, заявив, что это мой боксерский позывной.

Ромео заглянул в кофейню на следующий день после того, как я передала ему коктейли, которые приготовила. Он сказал, что у него было две отличные тренировки подряд после того, как он добавил эти напитки в свой рацион.

Было приятно использовать свои знания по специальности на практике.

Я знала, что его организм истощён. Это было заметно по его виду после пробежек. Если бы он не получал необходимые питательные вещества, его тело просто бы отказало.

— Что такая девушка, как ты, делает в зале на День святого Валентина? — спросил Пинки, пока я двигалась вокруг него, держась в оборонительной стойке, ожидая, когда он нанесет удар.

— Могу задать тебе тот же вопрос, Казанова, — ответила я, ухмыльнувшись.

Я услышала низкий смешок и мгновенно обернулась — это был Ромео, наблюдающий за мной. Он делал это иногда. Чёрт, да он делал это постоянно. Впрочем, я тоже. Я всё время смотрела на него из окна кофейни, когда он возвращался с пробежки.

Но я не могла не заметить, как он моментально передал меня Пинки, когда я попросила тренера. Я знала, что Ромео сам тренирует людей, но явно не горел желанием тренировать меня.

— Я же говорил, у меня есть девушка. Через час веду её на ужин, — сказал Пинки. И, воспользовавшись моментом, когда я снова взглянула на Ромео, нанёс мне удар.

Я сделала выпад вперёд, так как была к этому готова, но он быстро уклонился, и в следующий момент я оказалась прижата к канатам. Его руки оказались по обе стороны от меня, словно запирая меня в клетке.

— Вот почему нельзя отвлекаться на ринге, Бинс. Сейчас я тебя зажал, и мог бы нанести столько ударов, что ты даже не заметила бы их, — его голос был строгим, но в нем проскальзывала нотка вызова.

Но его слова сливались в странный шум у меня в голове, а дыхание стало тяжелым от ощущения его близости. Его тело, сильное и твёрдое, словно держало меня на месте.

Ловушка.

Беспомощность.

Я была замерла, не могла двигаться, мое дыхание стало сбивчивым, а перед глазами потемнело.

Когда я открыла глаза, я лежала на мате, и мои руки судорожно махали в воздухе, пока Пинки и Ромео склонились надо мной. Взгляд Ромео был полон тревоги, он осторожно положил руки мне на плечи и спросил, все ли со мной в порядке. Я села, потом попыталась встать, а его руки помогли мне удержать равновесие.

— Сделай вдох, Деми. Ты в порядке. Ты просто потеряла сознание, — в его взгляде была такая эмпатия, что это каким-то странным образом успокоило меня.

Пинки стоял за ним, выглядя так, словно только что совершил преступление.

— Я не хотел тебя напугать или причинить вред, Бинс.

Ко мне начало возвращаться осознание того, что произошло. То чувство, будто я была в ловушке. Но он ведь ничего плохого не сделал.

— Это не твоя вина. Я просто немного клаустрофобии поддалась.

— Ты раньше теряла сознание? — спросил Ромео, помогая мне выйти из ринга.

— Нет. Похоже, это что-то новое.

Пинки поспешил к холодильнику и вернулся с бутылкой воды.

— Мне очень жаль. Я просто хотел тебя подтолкнуть, показать, как легко можно дать сопернику возможность для удара.

— Больше никаких уроков жизни на ринге, — прошипел Ромео, и Пинки выглядел так, будто его только что уволили.

— Это не твоя вина. Я сама виновата. А теперь иди к своей девушке и веди её на ужин в честь Дня святого Валентина. Не буду тебя больше напрягать, — я сделала глоток воды и потянулась за сумкой, но Ромео остановил меня. Он аккуратно положил руку мне на плечо, как будто теперь я была слишком хрупкой, чтобы к ней прикасаться.

Хотя этот мужчина вообще старался избегать прикосновений ко мне любой ценой.