Она обхватывает ногой мою талию, раскрываясь передо мной, отчего мое сердце переполняется счастьем от того, что она доверяет мне после всего, что ей пришлось пережить. Я жестко трахаю ее. Тело Дарси движется верх и вниз по инерции. Я хочу поглотить каждый дюйм ее тела, но сейчас мне нужно кончить.

Протянув руку вниз, я провожу пальцем по клитору Дарси и наблюдаю, как ее рот то открывается, то закрывается от удовольствия, а затем ее гортанный крик наполняет ночной воздух. В ту секунду, когда девушка кончает, я притягиваю ее к себе и трахаю с такой силой, что наши тела становятся единым целым.

Когда последняя дрожь сотрясает ее, я выхожу из нее и с удовлетворенным стоном кончаю ей на живот.

Я наклоняюсь, прижимаясь губами к изгибу девичьей шеи. Ее учащенный пульс бьется о мой рот, и я, руководствуясь инстинктом, прикусываю и всасываю в рот ее мокрую от дождя плоть.

— Что стряслось? — вопрошает запыхавшаяся Дарси, когда я натягиваю джинсы.

Не существует слов, которыми можно описать случившиеся.

Вместо этого я делаю единственное, на что сейчас способен — опускаюсь на колени, отдавая ей всего себя.

Дождь искажает ее очертания, как в комиксах. Я концентрируюсь на ее глазах и молю, чтобы она не делала того, что каждый проклятый кретин делал со мной всю мою жизнь.

Когда она соскальзывает с капота, чтобы тоже опуститься на колени, я понимаю, что она этого не сделает.

Она прижимает ладонь к моему сердце, что неистово бьется, поняв меня без слов.

— Я не брошу тебя. Обещаю.

И вот так мой мир поворачивается вокруг своей оси и находит свой географический север.

— Другой парень, который причинил тебе боль. Блейк? — спрашиваю я, хотя знаю ответ.

Дарси отворачивается, но я беру ее за подбородок и аккуратно призываю посмотреть на меня. Я хочу, чтобы она видела, что я поддерживаю ее.

В конце концов, она кивает.

Я читаю ее бездумное выражение лица, зная то, что сделал с ней этот утырок, было просто немыслимым. Я провожу пальцем по ее устам, ловя капли дождя, оседающие на ее розовом ротике.

— Я знаю, где он находится.

Ее глаза округляются, и она смело расправляет плечи. Настала пора.

— Показывай.

СЕМНАДЦАТЬ

УВ В СЛЕД ВТОРНИК

Мы идем по промозглому сырому переулку в сторону клуба.

На узкой двери прикреплена табличка со словом «ГРЕХ», название подпольного клуба, в котором Блейк завсегдатай. Он частенько таскает с собой спички с логотипом клуба на коробке. На двери болтается тяжелый молоток в виде льва с открытой пастью, пялящегося зоркими глазами.

— Три стука, затем трехсекундная пауза, потом еще один стук, и дверь откроется, — непринужденно инструктирует меня Рэв. Он прикуривает сигарету, прислонившись к стене.

Все еще удивляюсь, откуда ему все известно, но отложим-ка этот разговор на потом. На мне облегающее черное платье, которое сдавливает грудную клетку и зашнуровывается сзади, а на лице — бархатная маска с золотой вышивкой у глаз, — таков дресс-код сегодняшнего вечера.

Глаза Рэва скрыты кожаной маской. Его черные волосы зачесаны назад. Он одет в белую накрахмаленную рубашку, чопорный воротничок облегает его свежевыбритую шею, а широкие плечи укрыты черным плащом. Шмотки скрывают его раны, хотя мне известно, что те, которые невидимы глазу, болят сильнее всего.

Дверь отворяется: на пороге появляется женщина с длинными, пышными рыжими кудрями, одетая в бюстье, словно из пятнадцатого века, и грызет ногти. Все пальцы забиты татуировками. Дама приветствует нас без слов. Она внимательно оглядывает нас обоих; не то чтобы я могла вместить в свой наряд какое-либо оружие. Особое внимание она уделяет Рэву. Складывается мнение, что они уже встречались.

Парень пялится на нее так, словно ведет телепатическую беседу. Баба отводит глаза и отступает назад, освобождая нам проход.

В башке вихрятся мысли, оттого что я ревную. Но мне нужно сконцентрироваться. Где, сука, этот Блейк?

В клубе разит фимиамом и сексом. Черный бархат обивает стены, и я замечаю развешанные по комнате клетки с экзотическими птицами, что жуть как бесит; хочется освободить пернатых. Встав перед одной из клеток, вижу большого попугая, который уставился на меня одним глазом. Клетка освещена, как сцена, переливаясь красным, синим и желтым. Передо мной появляется рука и открывает дверцу клетки.