На Мордвигу-Прайм беда пришла примерно так же, но, а кого, и главное, зачем, предупреждать здесь? Как говорится, проблемы туземцев силовика не волнуют. Виктория просто жевала жвачку, разглядывала окрестности и ждала, когда капитан завершит переговоры, чтобы вернуться на "Амбицию".

Её взгляд остановился на фигуре в белой мантии, перехваченной ремнями тактической разгрузки. Голова этого человека была надёжно прикрыта капиротом, но не узнать его Виктория не могла. Воина культа Святого Свежевателя звали Жераром Лабраншем, и, в отличие от Виктории, ему всегда было дело до людей, которых он встречал на пути.

Жерар помахал рукой местным рабочим в светоотражающей одежде. Те перебрасывали сумки с погрузочной ленты в грузовик. Жерар что-то проговорил, но Виктория разобрала только одну фразу, так как в этот миг с соседней взлётной полосы с рёвом поднялся лайнер.

– Не хотели бы вы поговорить о Боге?

Виктория усмехнулась, чем привлекла внимание ротного, – старого солдата с рубцами от ожогов на голове и с огромными синими мешками под глазами. Ветерана звали Доминико Романо или – как он сам предпочитал – Козырем.

– А вот зря ты так, Вики, – произнёс он.

– О Боге? В разгар рабочего дня? А выходные на что?! Этим ребятам только проповедей не хватало.

– Культисты – крутые ублюдки, – отозвался Козырь. – Могла бы и простить им некоторые странности.

Ещё какие крутые, – Виктория вздрогнула. Ей как-то пришлось сражаться против них…

В этот миг поднялся шлагбаум контрольно-пропускного пункта, и на площадь заехал многоосный тягач, гружённый красным контейнером с чёрной надписью на боку "Vermis paradisi".

Виктория знала высший готик и сочла название компании каким-то набором слов. И чем же они торгуют, интересно?

Из кабины с места пассажира выбрался непонятный тип в плаще с капюшоном, в котором был виден только крючковатый нос, тонкие сухие губы и бледный острый подбородок. Под одеждой вырисовывался огромный живот. Незнакомец направился к "Химере".

– Здравствуйте, иномиряне! Император защищает! – воскликнул он. – Командир здесь?

– Смотря кого вам надо, – ответил Козырь.

– Того, кто хочет заработать большие деньги!

Незнакомец мерзко ухмыльнулся, из-за чего Виктория скрипнула зубами. С настойчивыми просьбами перевезти какой-нибудь товар к ним обращались почти на каждой планете, особенно на тех, где власти запретили экспорт.

– Гражданин. – Козырь поднялся с брони и окинул давящим взглядом этого человека так, словно собирался поразить молнией. – Вы понимаете, что предлагаете офицеру при исполнении нарушить устав?! Совершить преступление!

– Конечно! – Незнакомец упёр руки в бока. – Именно это я и предлагаю. Преступление. Контрабанду. Взятку. Боже мой, какой позор! Козырь повесил лазерное ружьё болтаться на ремне, улыбнулся и произнёс:

– Наш человек!

Незнакомец усмехнулся и потёр ладони.

Этот наивный вайстальский мужчина ещё не подозревал, что вскоре потеряет и деньги, и груз, потому что на "Амбицию" было строжайше запрещено доставлять хоть что-нибудь, неучтённое в накладных. Наёмники обычно вскрывали контрабанду в "Тетрархе" и, если ничего им не приглянется, сжигали в верхних слоях атмосферы.

Размышляя над тем, что люди охотнее верят в хорошее, что новый знакомый – поразительно приятный собеседник и наверняка честный человек, Виктория через несколько минут даже слушать перестала такого восторженного и довольного собой контрабандиста.

Хозяин судьбы, джентльмен удачи…

Лох.

Когда контрабандист передал чемодан с деньгами Козырю и пообещал ещё столько же после доставки, Виктория фыркнула и отвела взгляд как раз в ту сторону, где Жерар Лабранш вытащил из плечевой кобуры пистолет и застрелил рабочих.

Виктория раскрыла рот – жвачка выпала – а потом зажмурилась.

Однако после того, как Виктория снова открыла глаза, картинка изменилась совсем немного. Жерар сидел на корточках около трупа и стягивал с простреленной головы капюшон.

Козырь с такими же круглыми глазами, как и у Виктории, выпалил:

– Чего сидите?! Разоружите мудака! Уберите трупы! Быстро, блядь!

Чемодан с деньгами Козырь оставил на броне, и он перекочевал в руки мехвода, а потом и вовсе пропал где-то в глубине "Химеры". Остальные наёмники уже бежали к месту преступления.