Примитивный протез, что заменял Котару челюсть во время командировки на Белами-Ки, лежал на столике рядом с медицинскими инструментами в ожидании следующего космического десантника, которому не повезёт его получить.

– Давай уже на "ты", Сера. – Котар снова поделился с собеседницей радостью.

– Но как же?! Вы же Ангел! Герой!

– Ты тоже героиня. – Котар снова поглядел в зеркало.

Теперь он чувствовал каждый щуп под синтетической кожей, управлял ими, но стоило ещё потренироваться, чтобы верно изображать чувства.

Котар продолжил:

– Ты, Сера, исправляешь сломанные творения Бога-Императора. Заново придаёшь им первоначальную форму. Я, конечно, больше разрушитель, но не могу не отметить, насколько хорошо у тебя это получается творить.

Сера совсем раскраснелась и быстренько смахнула слезу тыльной стороной ладони. Она затараторила:

– Я вам и руки новые сделаю! Они смогут двигаться с большей гибкостью! Будете лучше фехтовать!

– С нетерпением жду возможности попробовать, – сказал Котар и подмигнул ей.

Как раз нынешние протезы рук его вполне устраивали, несмотря на громоздкость и простоту, но почему бы и нет. Разве есть предел совершенства?

– А, кстати, почему вы… ты не подал заявку на оптический имплантат? – спросила Сера, поглядывая на чёрную повязку, которая закрывала левую глазницу Котара. – Недавно мы получили новую партию с Тангиры, – хорошие образцы, даже дорабатывать ничего не надо.

Котар прищурился, помолчал немного, а потом сказал:

– Я выучил кое-какие новые трюки, Сера. Только никому не рассказывай, ладно? – Сера кивнула, Котар продолжил: – Хочу вырастить новый глаз.

– Ух ты! – Сера воскликнула, переглянулась, а потом прошептала: – А разве так можно?

Котар тоже понизил громкость голоса и ответил:

– Я ещё сам не знаю.

– Покажите… покажешь?

– Если получится.

Сера кивнула и неловко развела руками, намекнув на окончание разговора. Всё-таки не только Котар ждал от неё помощи.

Котар поднялся, навис над Серой, а потом наклонился к её уху и спросил:

– Тебя можно поздравить?

– С чем?! – Глаза Серы округлились.

Котар присмотрелся к девушке так, как умеют только псайкеры, а потом добавил:

– Нет, это не ошибка. Внутри зреет жизнь.

Сера вздрогнула и побледнела, сделал шаг назад неуклюже, – ноги заплелись. Котар успел придержать её за миг до падения.

– Тебя разве не тошнило? – спросил Котар.

– Тошнило, но… – начала Сера, – у меня… у нас с Вилленуччо не может быть детей.

– И всё-таки это произошло, – сказал Котар. – Я, конечно, не разбираюсь в процессе, но чётко вижу искру ребёнка. Поблагодари Бога-Машину и Омниссию за этот дар.

– Мне… мне всё надо проверить.

– Конечно! Проводить?

– Нет, спасибо… Котар. Д-до свидания.

На Сере лица не было, и Котар проследил за ней. Сера опиралась на стены и койки, иногда сталкивалась с коллегами или пациентами, словно очки перестали помогать, но всё-таки она добралась до того отдела госпиталя, где занимались женским здоровьем. Котар улыбнулся, глядя, как сходятся створки за спиной девушки.

Что бы ни происходило на "Пентакле" и вообще в галактике, жизнь всё равно побеждала.

2

Когда слова Котара подтвердились, в доме четы ван Дейк началось форменное сумасшествие. Ежедневно появлялась новая одежда: пелёнки, маечки, штанишки, обувь. Ещё ничего непонятно, – мальчик или девочка, – но Сера с головой ушла в подготовку к рождению ребёнка, уже видела, как будет покачивать ляльку в руках, разучивать "маму" с "папой" и, конечно же, наблюдать за первыми шагами любимого чада.