– Пошёл ты, Лео! Могу поспорить, это ты всех сдал!

– Охуел?!

Вместо ответа Фаддей, не дожидаясь, когда бывший товарищ поднимется, пнул его по лицу. Лео рухнул на спину и перевернул электрический обогреватель.

Спорить со здоровяком больше никто не хотел, люди прижимали близких и детей, чтобы те не попали под горячую руку.

– А ещё мне кажется, – проговорил Фаддей, – что здесь крысы. Огромные жирные крысы. Стукачи! Мразь!

Фаддей смотрел на заключённых так, что мало кто мог выдержать взгляд.

– Может быть, это ты, Эмир? – спросил он. – Провокатор хренов. Все сдохнут, а тебе, сука крикливая, дом подарят и пенсию пожизненную!

– Да, – отозвался Эмир, – было бы здорово, если бы ты тихо сдох, а не кидался на людей.

– Что?!

Фаддей едва не снёс Эмира, но на пути здоровяка встала – насколько мог судить Вилхелм – супруга Эмира. Имени он только не помнил.

– Если силы девать некуда, – выкрикнула она, – иди и разбирайся с охраной! Хоть какая-то польза будет!

– Ага, всё мне одному приходится делать! – Фаддей фыркнул. – С таким ничтожеством разве сваришь кашу?! "Да здравствует революция", блядь! Слабаки!

Фаддей отвесил женщине пощечину, а Эмира свалил с ног прямым ударом по носу.

В иное время, в иных обстоятельствах Вилхелм, может быть, и вмешался, но за пару лет растерял форму, да и без ноги много не навоюешь. Однако беда приходит именно тогда, когда её не ждёшь, – Фаддей обратил внимание на Серу.

– Нашёл… нашёл! – Фаддей расхохотался. – И ведь под самым носом, гнида такая! Вот же она! Вот же она, народ! Техножрица ебучая!

– Только попробуй, – проговорил Вилхелм и указал на здоровяка "костылём".

Фаддей хмыкнул и произнёс:

– Не смеши меня, старик! Я же дуну, ты рассыпешься.

Фаддей двинулся в сторону Серы, закатывая рукава, и проговорил:

– Я тебя, шестерёнка, сейчас на части…

Вилхелм размахнулся и ударил Фаддея деревянным бруском по лицу. Оба упали, – Вилхелм не удержал равновесия. Однако он тут же собрался, оттолкнулся единственной ногой и прыгнул на Фаддея. Навалился сверху, ударил по заросшей морде раз, другой. Фаддей пришёл в себя и попытался ответить, но Вилхелм перехватил руку и резким движением вышиб кость из локтевого сустава, из-за чего противник завыл как резаный. Несмотря на боль, Фаддей рванулся и сбросил с себя Вилхелма, – сказывалась огромная разница в весе. Вилхелм неплохо начал, но больше никаких неожиданных ударов выполнить не удалось. Фаддей поднырнул под хук справа и повалил Вилхелма на спину так, что рядом стоящая многоярусная кровать упала на другую такую же. Смятые подушки и одеяла оказались на полу. Фаддей начал методично вбивать Вилхелма туда же, и если справа Вилхелм надёжно прикрывался металлическим протезом, то слева по руке словно молотом стучали. Вилхелм скрипел зубами и едва сдерживался, чтобы не застонать.

Его спасли другие мужчины, которые схватили Фаддея за шею и руки. Они навалились на него горой, будто бы на атлета после победы в какой-нибудь спортивной игре.

– Фу…

Вилхелм отдышался и кое-как поднялся.

В иное время, в иных обстоятельствах, от Фаддея не осталось бы и мокрого места – и помощи бы не потребовалось – но то время безвозвратно ушло. У Вилхелма дрожали руки. А ещё он даже не заметил, как пропустил среди сумасшедшего града ударов один меткий по виску. Сначала Вилхелм услышал запах крови, а потом и растёр тонкую липкую струйку по лицу.

– Вот сука, – проговорил он тихо и перевёл взгляд на Фаддея.

– Отпустите меня! – орал тот. – Предатели! Шестерёночная сыть! Да вас всех потравить в газовой камере нужно! Так вам и надо, суки! Чтоб вы сдохли!

Фаддей совсем взбесился, – трое взрослых мужчин едва его удерживали.

Вилхелм подполз к обронённому "костылю", встал и пошёл утихомирить безумца. Он уже замахивался, когда в барак вошли скитарии. Меткий выстрел из электродугового ружья подпалил брусок, и Вилхелм поспешил его отбросить. Он поднял руки, пока его самого не подпалили.

– Прекратить! – рявкнул стрелявший. – Готовьтесь к перевозке. Вы покидаете лагерь.

Послышались тихие вопросы "кто", "кому готовиться", "куда". Скорее даже вопросы себе под нос. Большинству было просто-напросто страшно не то чтобы расспрашивать скитариев, а вообще на них смотреть.

Фаддей отчаянно сопротивлялся. Эмир навалился на него всем телом, а потом спросил:

– А с ним что делать?!

– Разойтись! – приказал скитарий.