– Мне та-а-ак стыдно, – в отчаянье прошептала Вита, пряча взгляд в сторону. – Боже… Неужели эта наша тихоня Дина? Кто бы мог подумать!

– Да, оставаться смысла нет. Сейчас соберем вещи и сразу домой. Не спорь, Катюш… – заверила меня Инга. Ее теплые руки, только что вытянутые из постели, нежно стерли дорожки слез на моих щеках. А я даже и не знала, что плачу. – Прости нас… Не стоило брать ее с собой. Нам всем нравится твой муж и мы очень за тебя рады, но никто из нас никогда бы такого себе не позволил. Одно дело завидовать белой завистью, что тебе так повезло, а другое – пытаться увести чужого мужчину.

– Мда уж… – Юля обреченно ударилась головой о поручень лестницы и измученно заныла. – Теперь нам закрыт путь в этот дом. Страшно представить, что Семен о нас всех подумает…

– Нет. Что вы? Никто из вас не… – не успела я закончить предложение, как дверь с силой открылась.

Семен, рост которого был в двое выше, чем у Дины, буквально вынес ее прочь подмышки. Ширинка ее джинс была расстегнута, а тесная футболка оказалась задрана по самые груди.

– О, Катюш! Ты вовремя. Мы тут с Семочкой как раз только закончили… – подушка, которую Юля все это время сжимала подмышкой, впечаталась в лицо Дины. – Ай! За что?

– Все всё слышали. Твой концерт – тоже! – с осуждением Инга помотала головой в сторону Семена. – Остановись! Не позорь нас еще сильнее.

Не поддаваясь ни на какие уговоры, девушки уехали в спешке в течение пяти минут. Они бежали так торопливо, словно боялись получить наказание за поведение Дины. Последняя же уныло села в машину и не проронила больше ни слова, угрюмо уставившись в телефон. Она не раскаивалась и, казалось, вообще не испытывает какие-либо эмоции.

Когда дом опустел, я тихо вошла в спальню и замерла при входе. Семен стоял напротив. Когда наши взгляды встретились, слова, которых так много скопилось внутри, испарились. Я словно забыла родной язык и долго не могла сглотнуть ком в горле.

– Все не так, как кажется… – только и выдала я, что бы это ни значило.

– Это я должен был сказать, Катюш… – он усмехнулся, а после развернулся и последовал к кровати.

Словно завороженная, я была не в силах отвести взгляд от мужчины, слаженными движениями стягивающим с себя белую майку, серые штаны. В полутьме прикроватной лампы его мощная мускулатура казалась угрожающе прекрасной, как у настоящего гладиатора, готового прямо сейчас сразиться в бою.

– Идем спать? – устроившись на подушке, он выжидающе повернулся ко мне.

Молча, шагнув вперед, я скинула на пол леггинсы и безразмерную футболку. Он смотрел на меня не моргая. Затем, оставив на теле лишь белье, я легла на свое место, разворачиваясь лицом к стене. Теплые руки обвили мою талию, прижимая к своему мощному торсу. В тот момент, когда спина ощутила тепло Его тела, я облегченно выдохнула. Было странное чувство, что сегодня я едва не потеряла что-то безумно важное.

«Ты ведь его не любишь?!», – удивлялся внутренний голос.

Но сегодня вопросов задавать себе не хотелось. Впервые за долгое время я ощутила себя в счастливом коконе, окруженная заботой и теплом. Как дома.

– Про Макса, – тихо шепнула я в пол голоса, не желая нарушить интимность момента, – мне просто не хотелось, чтобы они подумали…

– Т-с-с… – резко перебил он меня, мягко сжимая подбородок пальцами и поворачивая к себе. Властный поцелуй застыл на губах, как затыкающее клеймо. – Не надо ничего говорить.

В ту ночь он целовал меня так жадно, как никогда раньше. Брал так ненасытно, словно впервые. Касался так нетерпеливо, будто после долгой разлуки…

Под утро, засыпая с первыми солнечными лучами, я вдруг поняла, почему Семен ничего не захотел слушать. Он боялся услышать ту горькую правда, что он негласно всегда знал. Ту, что нашептала Дина.

Глава 16

Мне нравилось покидать Мариновку и вырываться в большой мегаполис хотя бы на один денек. Постоянно ища причины, я снова и снова приезжала в вуз, радостно окунаясь в студенческую суматоху. В феврале, сидя перед кабинетом профессора Петрова, я ждала, когда закончится его пара, чтобы он мог внести правки в мою курсовую работу. Долго пришлось убеждать Семена, что преподаватель старой закалки и делать подобное онлайн отказывается. Мужчина же тяжело переживал мои вылазки из дома.

– Я отвезу тебя, – не говорил, а приказывал он угрюмо.

– Зачем? – нервно кусая губы, я мечтала остаться одна хотя бы на денек.

– Так быстрее, безопаснее, дешевле. Могу продолжать бесконечно, – прорычал он себе под нос, изучая меня с прищуром, словно пытаясь проникнуть в мысли и разгадать какую-то тайну. – Тем более, у меня дела в городе.

– В какой день именно у тебя дела? – пыталась вывести его на чистую воду я. Но этого не требовалось. Семен даже и не скрывал, что просто желает контролировать каждый мой шаг: