В офисе меня встречает Полина.

– Скоро он придет. Совещание. Они, когда совещаются, всегда закрываются наглухо и тарахтелку включают, чтоб не прослушали.

– Ты хоть бы в гости забежала, - с укором смотрю на нее, - там бы и посовещались, и тарахтелку включили.

– Ой, Маша, ты все такая же. Забегу обязательно. Мне Сергей Георгиевич в любви признался и предложение сделал.

– И ты молчала!
– я топнула ногой, - немедленно к нам. С докладом.

– Да тут закрутилось все. Я теперь консультант в банке по связям с общественностью и необщественностью. Нашла себе применение. Встретить, проводить, написать. Иногда до ночи сижу.

– И как-то быстро все у вас закрутилось

– Так а чего тянуть, если и так все ясно? Мне нравится он. Он влюбился в меня. Это у тебя еще романтика. А с возрастом все проще.

– И не отговаривайся. Мы тебя ждем. Меня зачем вызвали?

– Слушай, тут такое дело, - шепотом продолжила Поля и оглянулась на дверь, - они же здесь все с органами связаны. На всяких прослушках помешаны. Короче, установили камеры в комнате переговоров и в соседних кабинетах.

– Меня тоже видели?

– Видели. Не обижайся. Они все тут фомы неверующие. Это мне все понятно, а им изучать надо. Мужики, одно слово.

– Изучили?

– Еще как! Пригласили психологов. Они сопоставляли твои действия и поведение переговорщиков. И увидели четкую взаимосвязь. Прямо по секундам. Сделали вывод, что французы не были однозначно настроены принимать наши условия. Но потом сникли и на все согласились. Их условия для наших мелочь просто. Конечно, щеки раздували, связями трясли. Как без этого?

– Подписали договор?

– В том и дело, что подписали! Уехали довольные. А уж наши как радуются. Это же многомиллионная сделка на многие годы. Потом по накатанному легче пойдет.

– И что от меня хотят?

– Из твоих жестов не поняли ничего. Но убеждены в наличии влияния.

Движения пришлось делать, потому что заходила в матрицы наиболее надежным способом. При желании могла и без них обойтись. Но отрабатывать знания нужно. Моих сил хватило бы убедить французов в чем угодно. Куда им до наших оппонентов с хвостами в Яре.

Дверь открылась. Разведчик загромыхал:

– Вот она, тайная сила бизнеса!
– он сгреб меня в объятия, - Поля уже похвасталась?

– Ой, да уже сказала, что все удачно, - махнула Поля рукой и подмигнула мне.

– Тогда давай к делу, - уселся он в свое кресло, - Полина Александровна также рассказала про твою помощь с деньгами весьма необычным способом. Ты ей не запрещала говорить?

– Нет. Но такие вещи шума не любят. Очень.

– Это правильно. Но Полина Александровна - не чужой мне человек. Она согласилась стать моей супругой.

– Поздравляю, - я посмотрела на виновато опустившую голову подругу.

– И прошу заметить, все это не без твоего участия. Думаешь, раз я из КГБ, то материалист? А вот и нет. Напротив, у меня есть множество примеров необъяснимых явлений в оперативной работе. Как-нибудь расскажу. А сейчас вижу, что многое завязано на тебя. Посуди сама: от инсульта лечила. И я восстановился. За здоровьем смотришь, консультируешь. Картину нарисовала лечебную. И она прекрасно восстанавливает силы. Ты привела свою старшую подругу, и она теперь будет моей женой. В важных переговорах помогла. Не спорь, помогла. Я тщательно изучил все данные.

– Старалась, как могла, - наклонила я голову на бок.

– Вот и прекрасно! Видишь, как много ты для меня сделала и сколько значишь в моей жизни?

– Вы тоже не отказываете нам.

– Вот! Так чтобы тебе не войти в команду? Сделаем отдел. Будешь у Полины консультантом с особыми полномочиями. Деньгами не обидим. Свои же люди. Квартиру за счет фирмы снимем. Мы не только с банком работаем. У нас очень разветвленная сеть. Планы имеются грандиозные. И в них есть место для тебя. Еще пара удачно исполненных заказов, и представь перспективы! Москва рядом. Да что Москва? Все ближнее зарубежье. А потом и дальнее. И Веру Абрамовну не оставим. Что ей прозябать в своей музыкалке? Денег сейчас не платят. На частные уроки спрос упал. Пристроим с тобой вместе. Если можно рисовать, то можно и петь?

– А хочешь «жигули»? Представляешь, такой маленький, а уже «жигули», - бормочу я.

– Ну Маша! Я же серьезно, - вздыхает Сергей Георгиевич, - ты мне, как родная.

– Когда поступают такие предложения, всегда нужно время, чтобы придумать ответ.

– Эх, зайду с козырей, - махнул он рукой, - есть еще одна тема. В будущем, возможно, удастся тебя пристроить в налоговую полицию. Освобожденным сотрудником. Будут зарплата, погоны, а заниматься будешь, чем надо. Выслуга идет год за полтора. Через пятнадцать лет пенсия.

– Прекрасное далеко в новом понимании. Я очень вам признательна, но сразу не отвечу.

– Вот и хорошо. Обдумай все. С Верой Абрамовной посоветуйся. А за твое участие в переговорах вот гонорар.

Разведчик достал пухлый конверт и протянул мне. Дают-бери, бьют-беги. Я спрятала деньги в сумочку. Потом мы пили чай. Конечно, зеленый. С курагой, орехами, изюмом и финиками. Мне вручили пакет с сухофруктами и орехами. Григорий повез меня домой.

– Мария Викентьевна, я приглашаю вас в кафе на мороженное, - неожиданно выдал он.