Она поворачивается ко мне спиной. Мой взгляд падает на ее задницу.

— Наслаждайся видом, — говорит она через плечо. — Это все, что ты от меня получишь.

ГЛАВА 17

КЛЕО

В эту ночь Рафаэле долгое время проводит в душе.

От подозрений, что он там делает, мое лицо пылает, и, когда он выходит, я убеждаюсь, что глубоко зарылась под одеяло на пуфике.

Я думала, что сегодня все было так хорошо, так почему же мне кажется, что я потерпела неудачу? Кажется, ему было наплевать на все деньги, которые я потратила, и почему-то день закончился тем, что я стояла перед ним в нижнем белье.

И трогала его член.

К черту мою жизнь.

Самое ужасное, что я почувствовала неловкую влажность между ног, когда провела ладонью по его эрекции. Он был очень твердым и очень большим.

Я подождала, пока его дыхание не выровнялось, а потом засунула пальцы в трусики. Ага, все еще мокрые. Я кусаю подушку и как можно быстрее снимаю с себя трусики, стараясь не издать ни единого звука.

Хорошо, что Рафаэле не будет дома следующие несколько дней, он придет домой, как только я усну, и уйдет до того, как я проснусь. Я несколько раз звоню Джем и Вэл, чтобы поболтать, и использую оставшееся свободное время, чтобы перегруппироваться.

В пятницу утром я еще раз перечитала свой план. Изначально он казался таким хорошо продуманным, но теперь я в нем не уверена. Я не знаю его достаточно хорошо, чтобы понять, на какие кнопки нажимать.

Я вычеркнула пункт о его банкротстве. Это займет у меня слишком много времени, учитывая, сколько у него денег.

Ему будет все равно, если я сделаю ремонт? Похоже, он почти не проводит времени дома. Этот вариант я тоже вычеркиваю.

Идея с собакой заслуживает внимания, но мне, очевидно, придется заботиться о ней, так что стоит подумать, готова ли я к таким обязательствам.

Я захожу в ванную, чтобы почистить зубы. На зеркале в ванной висит записка.

— Заберу тебя в 7 вечера.

Мне требуется мгновение, чтобы понять это. Я забыла об ужине. Я беру телефон и отправляю ему сообщение.

Куда мы идем сегодня вечером?

Его ответ приходит через минуту.

В Il Caminetto.

Il Caminetto - один из самых горячих ресторанов Нью-Йорка, и ходят слухи, что он финансируется деньгами мафии. Но все это замалчивается, поскольку владелец - крупный кинопродюсер, и он является официальным лицом ресторанной группы. Если бы мне пришлось гадать, я бы сказала, что Рафаэле - один из инвесторов.

Неужели он надеется выставить меня перед своими деловыми партнерами?

Опасения пронизывают меня насквозь. Ненавижу эти шоу с собаками и пони, где дочерей, которые уже почти достигли совершеннолетия, и новых жен выставляют напоказ, словно блестящие трофеи.

Когда мама приводила меня на что-то подобное, я всегда вела себя так, словно меня воспитывали волки. В конце концов, она вообще отказалась от этой затеи.

Может, мне стоит попробовать ту же тактику с Рафаэле?

На мой телефон приходит еще одно сообщение.

Надень то платье, которое ты мне показывала.

Мои щеки пылают. Боже, какой же он ублюдок. Он хочет помучить меня, напоминая о случившемся, или ему просто нравится диктовать, что мне носить? Я не его чертова цирковая обезьянка.

Мой желудок урчит, и я отправляюсь на кухню, чтобы перекусить. Нет нужды быть голодной и злой. Сабина сидит в уголке для завтрака и делает какую-то работу.

Она поднимает глаза от блокнота и буравит меня взглядом. — Ты ходила по магазинам. Разве ты не купила что-нибудь приличное, чтобы носить по дому?

У нее проблемы. На мне пара шорт и свободная футболка. Что в этом плохого?

Я хватаю яблоко. — Привыкай к этому.

— Твои родители не воспитали тебя правильно, ты избалованная, прогнившая девчонка.

Я откусываю кусочек. — Наверное, они с тобой согласятся.

— А ты знаешь, что они все о тебе говорят? Родственники дона?

— Нет, но я уверена, что ты сейчас мне все расскажешь.

— Они говорят, что когда дону Мессеро надоест твое тело, он бросит тебя и найдет себе в жены настоящую женщину.

Почему-то меня это задело, хотя я лучше знаю, что не стоит заботиться о том, что обо мне говорят.

— Остается надеяться, — пробормотала я. Хотя я не совсем понимаю, как он должен устать от моего тела, если я не позволяю ему прикасаться к себе.

Она хмурится. — На твоем месте я бы не показывалась на людях. Ты позорище.

— А ты жалкая старая карга. У всех свои проблемы.

Она задыхается и начинает ругать меня, но я просто ухожу и возвращаюсь в спальню. У меня нет времени на нее. Мне нужно найти свой наряд на вечер.