Я полуоткрытым глазом читаю входящее сообщение и лишь потом смотрю на часы. Уже почти полдень. Мы с Мэгги не спали до трех утра, и я чувствую, что после этого тяжелого разговора у меня что-то вроде похмелья.

Боже, зачем я признался в том, что мерзок самому себе?

Рядом со мной крепко спит Мэгги. Каштановые волосы растрепаны и закрывают половину ее лица, но она очаровательна. Она спит, ее губы слегка приоткрыты, и мне очень хочется их поцеловать. Но я этого не делаю.

Вместо этого я бросаю телефон на тумбочку и откидываю одеяло, которым накрыто и тело Мэгги. Прохладный воздух касается ее груди. Она вздрагивает, но не просыпается полностью. Тогда я спускаю одеяло ниже, обнажая все ее голое тело. Чувствуя, как подергивается мой быстро набухающий член, я жадно облизываю губы. Прижимаюсь ртом к ее голому животу, и она снова вздрагивает. Скользя губами вверх, я языком нахожу ее сосок и жадно его облизываю, пока он не превращается в тугой бутон.

Она тихо стонет, а ее тело слегка вздрагивает от ощущений. Я залезаю на нее, раздвигаю ей ноги, чтобы устроиться между ними, и поцелуями прокладываю себе путь к ее животу. Ее пальцы находят мои волосы и крепко сжимают их, как она часто это делает. Бедра поднимаются мне навстречу, а один только вид ее мышц на животе, когда они напрягаются подо мной, а сама Мэгги извивается от желания, возбуждает меня так, что член начинает нетерпеливо пульсировать.

Запустив руку мне в волосы, она направляет мое лицо к промежности, и я энергично туда ныряю. Ее бедра смыкаются вокруг головы, она громко всхлипывает, а я жадно впиваюсь ртом в ее теплую вульву и облизываю ее складки. Она уже мокрая и готова принять меня, как будто все утро мечтала обо мне.

– Да, Бо, – задыхается она. – Не останавливайся.

Я не тороплюсь, смакуя ее возбуждение: сначала ласкаю языком, а затем жадно сосу клитор. Она уже полностью проснулась, но глаза все еще закрыты, а кулаки крепко сжимают простыни. После нескольких мгновений блаженства она, наконец, издает хриплый крик. Ее спина выгнута, бедра сжаты. Мэгги замолкает, и я знаю: она глубоко под волнами накрывшего ее оргазма.

Мне нравится смотреть, как она кончает. Особенно теперь, когда я знаю, что она так долго была лишена оргазмов.

Хочу быть тем, кто исправит все прошлые несправедливости.

– Трахни меня, – умоляет она. – Сейчас.

И я не теряю ни секунды. Сидя на коленях, хватаю ее за бедра и, перевернув на живот, подтягивая выше, пока ее «киска» не оказывается именно там, где мне нужно. После чего вхожу в нее. Одним сильным толчком я проникаю в нее так глубоко, как только могу. Мэгги издает крик и пытается слегка оттянуть бедра назад, но я выскальзываю, а затем снова с силой вхожу.

Как и в прошлый раз, трахая, я впиваюсь пальцами в мягкую плоть ее бедер. Но, в отличие от прошлой ночи, я не чувствую себя из-за этого последним дерьмом. Ей понравилось, как я с ней обращался. Сейчас она буквально умоляет об этом. Поэтому я сжимаю Мэгги еще крепче, в надежде, что оставлю синяки. Не потому, что хочу сделать ей больно, а потому, что хочу пометить ее. Я хочу, чтобы все, кто когда-либо подумает прикоснуться к ней, знали: эта идеальная женщина моя… или, скорее, это я принадлежу ей. Это иррационально и глупо, но мне нравится мысль о том, что ни один мужчина не может быть тем, кем я являюсь для Мэгги. Больше никаких придурков, которые хотят лишь брать у нее. Больше никаких неуклюжих идиотов, которые не знают, как доставить своей женщине удовольствие.

Только я.

Навсегда.

Мой член дрожит внутри нее, и я кончаю. Мы остаемся так некоторое время. Затем я неохотно вытаскиваю его и обессиленно падаю на матрас. Она устраивается в моих объятиях, и я целую ее в затылок.

– Я просто подумала, что хочу, чтобы ты оставался у меня почаще, – говорит Мэгги с улыбкой.

– Да, мэм, – отвечаю я.

День проходит в бесконечном сексе. Внезапно мы с Мэгги трахаемся так, будто что-то наверстываем. Никто из нас весь день не проверяет свой телефон. Она взяла выходной и не работает ни минуты.

Я даже не представляю, который час. Знаю лишь то, что привязан к ее матрасу, и она скачет на мне, как на лошадке.

– Напомни мне еще раз, кому принадлежит этот член, – говорит она уверенным, чувственным тоном.

– Вам, мэм. Он целиком и полностью ваш, – отвечаю я с бесстыдной улыбкой.

– Я так и думала, – отвечает она, набирая скорость.

Не могу пошевелить ни единым мускулом. Я распростерт на матрасе, словно морская звезда, удерживаемый новыми ремнями, которые она, должно быть, отыскала в клубе. Я всего лишь тело с твердым членом, которым она пользуется, и это наполняет меня счастьем.

Мне нравится быть в ее власти, видеть, как она в десятый раз за сегодняшний день кончает на моем члене. Это нечто, поверьте мне! Лучший секс в моей жизни, и меня слегка пугает, как быстро я становлюсь зависим от наших ролей.

Пока мы оба приходим в себя, а она бессильно лежит на моей груди, на тумбочке начинает звонить мой телефон.

– Развязать тебя, чтобы ты мог ответить? – спрашивает она, протягивая руку через кровать, чтобы взять мой телефон.

– Мне все равно, – бормочу я, пытаясь не заснуть.