– Ты чувствуешь его пустоту уровня не меньше моего, рядом с которой маяк на тебе слабнет.

Аро задумчиво обернулся на отряд. Так вот оно что. А он ведь как-то даже не задумывался, почему рядом с Раа ему, действительно, всегда спокойней (хотя, учитывая расход нервов на него, утверждение это весьма спорное).

– Как ты узнала?

У Тау вдруг вспыхнули глаза, золотые искорки расширились, затопив карюю радужку, выдавая ее крайнюю степень возбуждения. Завораживающее зрелище. Почти как синий алхимический огонь, топящий лед в голубых глазах Лао.

– Тебе не кажется странным оружие Кая и Раа? – вкрадчиво спросила она, чуть не облизываясь в предвкушении просвещения Паладина.

В душе вспыхнуло острое самодовольство.

– Тем, что это аномалии? – он дернул бровью, с извращенным наслаждением наблюдая отчаянную обиду, появившуюся на ее лице. И почему ему так нравится ее злить? – Тау, я лишен магии, но охотником на чудовищ от этого быть не перестал.

– Так ты знал… и снова ничего мне не сказал! – беспомощное ошеломление сменилось истовой злобой, заострившей черты бледного лица. – Да пошел ты в Октарон!

Сплюнув, Тау резко поднялась, отчего с ее головы слетел капюшон, освобождая заплетенные во множество кос волосы, лианами рассыпавшиеся по спине. В груди у Аро аж жарко стало. Почему он чувствует болезненное удовлетворение от ее ярости?! Он мотнул головой, тоже поднимаясь. Душу пожирали остатки совести.

– Тау… прости.

Она издала булькающий звук, что-то среднее между хохотом и стоном.

– Как же я тебя ненавижу!

Вполне логичная, в общем-то, на его выходки реакция.

Тогда почему у него заныло сердце?

– Я не знаю, что со мной происходит, – признался он прежде всего самому себе.

Она обернулась. Дернула бровью, мазнула уничижительным взглядом по его ссутуленным плечам, хмыкнула и вновь отвернулась в темноту ночи.

– Зато я знаю.

Знает? Мелькнула мысль, что с Тау вполне станется сейчас отыграться за все причиненные ей обиды.

– Я на нее похожа?

Вопрос выбил воздух из легких как удар под дых.

– Что? – голос резко осип.

– Я похожа на ту, с которой ты меня постоянно сравниваешь?

– Что?! – кажется, у него сейчас начнется припадок.

– Аро, я трущобная дикарка, но девушкой от этого быть не перестала, – передразнила она его. – Ты смотришь на меня, но меня не видишь, – жестко заключила она и, обхватив себя руками, побарабанила пальцами по плечам. – Так что, я действительно похожа на нее? На крону «Клыков Дракона», Лао?

Аро, проведя рукой по лицу, отошел к самому краю ветви. И как она догадалась? Ах, да. Он же назвал имя Лао, приняв за нее Тау, когда она только появилась перед его клетью там, в Катакомбах. Соображает, хоть и трезвая.

– Похожа. Немного.

– Это она пытала тебя?

Аро зажмурился. Где там уже этот припадок? Проницательность Тау была омерзительна.

– Иногда.

– Любишь ее?

Даже не в прошедшем времени? Она возомнила себя бессмертной? Но в ответ на его бешеный взгляд Тау лишь мило оскалилась.

– Ну, вот и ответ. Ты отыгрываешься на мне за нее, – и припечатала. – Слабак.

У Аро непроизвольно сжались кулаки, так захотелось распять спасительницу на алтаре. Чтобы сама почувствовала, как аура разрывается в клочья, жестоко выжигаемая тошнотворной магией любимого человека, перекраивая личность.

Срываться на заведомо более слабом, заставляя его переживать то, что испытал сам – это слабость. Но, как выяснилось, он вообще не особо силен духом.

– Ты уже знаешь, что сказать отряду, когда снимешь маску? – как ни в чем не бывало поинтересовалась вдруг Тау.

Она действительно не замечает его вполне реальную жажду убивать или… Янтарные глаза торжествующе сверкнули. Ясно. Злопамятности и мстительности в ней тоже, как в Лао. Паладин встряхнулся. Теперь они, пожалуй, квиты.

– «Тени Дракона» знают, что я скрываюсь от Поднебесных, а любопытство близнецов живо умерилось после убедительного заявления Рока «потому что я так сказал», сдобренного многозначительным махом молота, – ответил он, тщетно гася в душе бешенство.

– И ты всерьез полагаешь, что никто не узнает в тебе… м-м… Паладина? – нарочная заминка в открытую намекала на ее большие сомнения в том, что Аро все еще достоин этого высокого звания.

Да что с ней сегодня такое?! Откуда эта внезапная тяга бить по больному? Она всегда была колючей, но никогда жестокой.

– Вначале я был готов пойти и на такой риск, но теперь меня точно никто не узнает, – Аро проглотил желание огрызнуться, касаясь спрятанного в доспехе пузырька.

Тау, прищурившись, кивнула на его ладонь.