В какой-то момент их шёпот привлёк моё внимание. Я вздохнула, расслабив плечи, и настроилась не слушать. Но слова достигли моих ушей.

— Ты видела? — произнесла одна из них, не отрывая взгляда от экрана. — Новости о разводе Дэвида Эванса с его женой до сих пор в топе на порталах. Жесть, конечно.

— О да, — ответила вторая с тем самым выражением, когда испытываешь удовольствие от обсуждения горячих сплетен. — Два года вместе, пшик, и всё. Но, честно говоря, это был самый странный брак, который я когда-либо видела. Дэвид Эванс — ты же знаешь, какой он… Ходячий секс. А она… ну, кто она такая? Даже не помню, как она выглядит.

Мне стало настолько тесно, что я почувствовала, как воздух в лифте становился почти липким. Я пыталась не слушать их разговор, но слова пробивались сквозь моё сознание.

— Так, что там в новостях?

— Все продолжают обсуждать эту тему, пишут, что он ни в чём не виноват. Ну серьёзно, как можно было просрать такого мужика? Его бывшей жене возможно сейчас и тяжело от всей этой шумихи, но она реально полная лохушка. Дэвид — это не просто мужчина — красавчик на миллион.

Её слова, как молнии, вонзились в меня, и я почувствовала, как стена внутри меня, за которую я спрятала все свои мысли и чувства, связанные с бывшим мужем, дала небольшую трещину.

— Если бы я была на её месте, я бы, наверное, каждый вечер встречала его с раздвинутыми ногами и кастрюлей супа в руках, — она захихикала, мечтательно закатывая глаза. — А если бы он завёл любовницу, предложила бы секс втроём… да хоть вчетвером. Только при взгляде на него, у меня становится мокро в трусах. Не представляю, как можно с таким развестись. Она что, любовника себе завела?

Её голос был пропитан ехидной иронией, в то время как подруга рассмеялась, почти не отрываясь от экрана телефона.

— Ха-ха Мари, очень смешно. Мне кажется, что ты её переоцениваешь. Какой любовник? Скорее она была фригидной и тупой, раз мозгов не хватило, удержаться рядом с таким мужчиной.

— Да уж, возможно, она реально что-то не догоняла. Помнишь, ходили сплетни, что их родственники свели вместе. Так что уже изначально всё было не пойми как.

— Эх, вот так всегда, кому-то просто так в рот суют золотую рожку, а кому-то нужно вкалывать день и ночь, чтобы привлечь внимание такого мачо.

— Золотую ложку?.. Наверное ты имела в виду золотой член.

Они разразились хохотом, совершенно не стесняясь того, что в лифте были не одни. Я выдохнула сквозь зубы, пытаясь справиться с тем, что мне только что пришлось услышать.

«Тупая? Лохушка?»

Эти слова звучали как пощёчина. Легко говорить такое, когда не задыхаешься от своего прошлого.

Чёртовы офисные сучки.

Да вы и понятия не имеете, как всё было на самом деле. Как Дэвид, с его бесконечным эго, постоянно требовал соблюдать правила, никогда не интересуясь тем, что я чувствую.

Мои руки сжались в кулаки. Они не знали, они не могли понять, что всё, что они сейчас обсуждают, было гораздо сложнее, чем просто очередная капризная жёнушка, которая не смогла удержать богатого мужа.

«Пусть смеются», — заставляла я себя думать, пытаясь контролировать дыхание. Я пришла сюда, чтобы начать всё заново, чтобы доказать себе, что могу быть чем-то большим, чем просто отражением чьего-то успеха.

Двери лифта раскрылись, и я сделала быстрый шаг в коридор, случайно толкая одну из сплетниц плечом. Голова всё ещё гудела от того, что я услышала.

Когда я вернулась домой, остатки злости всё ещё бурлили в груди, как туман, не дающий мне ясно мыслить. Не только злоба, но и неясное беспокойство. Мне нужно было что-то сделать, что-то, что расставило бы всё на свои места. Не только для окружающих, но и для самой себя.

Я не хотела раздеваться, не хотела пить или есть — просто стояла в коридоре, пытаясь унять это нервное напряжение, которое не покидало меня.

В голове всё вращались одни и те же мысли:

Сделала ли я всё, что могла?

Наконец я подошла к обеденному столу. Тело требовало действия, пусть это было и бессмысленное движение. Я вытряхнула сумочку, почти инстинктивно, чувствуя, как вещи высыпаются на стол. Бумажки, помады, карандаши, леденцы… всё это казалось хаосом, таким же, как и мой внутренний мир.

Я открывала все карманы и отделы внутри сумки, чтобы внутри не осталось ни единой мелочи. И вдруг я почувствовала, как что-то коснулось моих пальцев. Чёрный конверт. Строгий, элегантный, с золотистой надписью. Я инстинктивно взяла его в руки, не понимая, что это такое. На конверте не было ни имени, ни адреса. Только одно слово: