— Исключение? — Я вопросительно подняла бровь.

— Конечно. Вы не просто помогли нам сохранить лицо перед этим… самоуверенным мистером Линдом. Вы заставили его самого усомниться в своей позиции. Не каждый может сделать это так… изящно. — Его голос был мягким, но в нём звучала нотка восхищения.

Я почувствовала, как моё лицо предательски нагревается, и быстро опустила взгляд на документы, делая вид, что собираю их в папку.

— Я просто сделала свою работу, мистер Лин.

— О, не скромничайте, — Алекс шагнул чуть ближе, опираясь рукой о спинку моего кресла, и я невольно почувствовала запах его дорогого одеколона — древесные ноты с лёгкой пряностью. — Работа — это то, что делают все. Но вы… вы превратили её в искусство.

Я подняла на него глаза и встретилась с его взглядом — прямым и чуть лукавым. Он смотрел на меня так, как мужчина смотрит на женщину, которая его интересует. Возможно, даже слишком интересует.

— Если мистер Линд сегодня и усомнился в чём-то, так это в своей привычке недооценивать своих оппонентов, — сухо заметила я, стараясь вернуть разговор в более безопасное русло.

Алекс усмехнулся — легко и почти по-дружески, но уголки его глаз всё же говорили о другом.

— Не уверены, что мне стоит вас благодарить? — Он на мгновение наклонился чуть ниже, будто заговорщически. — Но я всё же найду способ сделать это. Возможно, кофе? Или что-то покрепче?

— Я… подумаю.

— Подумайте, Агнес. Хотя, честно говоря, я надеюсь, что здесь особо и думать нечего.

С этими словами он выпрямился, улыбнулся мне чуть шире и направился к выходу. Я проводила его взглядом и на секунду задержала дыхание, словно пыталась отпустить что-то невидимое, что он оставил в воздухе между нами. Алекс Лин был харизматичен, уверен в себе и, бесспорно, привлекателен. Мужчина, к которому любая женщина, вероятно, почувствовала бы интерес или как минимум польщённое внимание. Я тоже почувствовала. На какое-то мгновение.

Но тут же, словно по щелчку, внутри что-то оборвалось, и я поймала себя на мысли, что, несмотря на все усилия Алекса — его лукавые улыбки, комплименты, лёгкое, почти игривое давление — ничего не тронуло меня так, как он.

Дрэйк.

На его фоне мужчины вроде Алекса казались блёклыми. Я даже не была уверена, сравниваю ли я их по-настоящему. Это была не гонка и не конкуренция, потому что внутри меня уже был ответ. Уже было присутствие, вытеснившее любые попытки заменить его.

Даже сейчас, стоя в пустеющем зале и держа в руках документы, я не могла не представить, как Дрэйк бы посмотрел на эту сцену. Его взгляд, тяжёлый и проникающий, с едва уловимой усмешкой в уголках губ, которая говорила бы: «Ты ведь знаешь, что всё это не имеет значения».

И правда. Не имеет.

Я едва держалась на плаву, когда наступил последний день перед выходными. Неделя была наполнена работой, а также бесконечными переговорами с мистером Линдом, который оказался даже более упрямым и изворотливым, чем мы могли себе представить. Но команда Осмас Глобал всё-таки выдержала этот натиск.

Каждый день, сжимая телефон в руке, я ловила себя на том, как нетерпеливо жду сообщений от Дрэйка. Они могли быть самыми обыденными: мы спрашивали друг друга о делах, желали удачной работы. Но гораздо чаще его слова оставляли в воздухе щекочущую тревогу, как невидимые пальцы по коже, вызывая мурашки и жар возбуждения.

«Ты часто думаешь обо мне, Агнес?»

Я не отвечала напрямую, но в голове всплывали яркие образы — горячее дыхание на моих губах, пальцы, оставляющие следы на коже, и его голос, приказывающий подчиняться. Я могла бы убедить себя, что это не было чем-то особенным, но он не позволял.

«Ты молчишь, значит, да. Я тоже не перестаю представлять, как ты снова стоишь передо мной, покорная и мокрая от возбуждения… Каково это, Агнес, знать, что я читаю тебя насквозь?»

«Ты чертовски самонадеян. Ты уверен, что я покорная, Дрэйк?»

«Ты так не думаешь?.. Мы оба знаем, что стоит мне снова дотронуться до тебя, и ты потеряешь контроль. Не мучай себя иллюзиями, Агнес».

Мы договорились встретиться в Вельвете в ближайшую ночь. Я мечтала о том, чтобы вновь оказаться наедине с ним в комнате, позволяя ему делать всё что угодно, лишь бы он удовлетворил мой голод.

К концу дня я была выжата как лимон. Вернувшись домой позже обычного, я сбросила туфли в прихожей и еле добралась до кровати. «Тридцать минут… Просто прилечь, закрыть глаза и немного перевести дыхание», — уверяла себя я, надеясь, что этого будет достаточно, чтобы вернуть силы.