— Нет, просто предложил посидеть в кафе, поболтать. Мы ведь с ним будущие коллеги.

— Не думаю, что это хорошая идея, — сказал я.

Наши дружеские отношения с Анной Владимировной позволяли мне говорить откровенно.

— Да, я тоже так подумала, — ответила Гораздова. — Поэтому отказалась, сославшись на дела.

— Очень благоразумно, — одобрил я.

— Вы не знаете, когда полиция разрешит продолжать работы в парке? — спросила Анна Владимировна. — Начало учебного года все ближе, я боюсь не успеть.

— Придется подождать еще несколько дней, — ответил я. — Анна Владимировна, я очень прошу вас пока не ездить в парк и не встречаться с господином Чахликом.

— Вы думаете, он замешан в чем-то противозаконном? — насторожилась Гораздова.

— Ничего не могу утверждать, — сказал я. — Просто прошу вас быть осторожнее.

Пора было ехать в аэропорт, встречать Игната и Прасковью Ивановну. Поэтому мы с Лизой поспешили вернуться домой.

Уголёк встретил нас недовольным взглядом и утробным мяуканьем.

— Наверное, он проголодался, — догадалась Лиза. — Уголёк, кис-кис, идём, я тебя покормлю.

— Насколько я помню, кошкам не всегда идет на пользу человеческая еда, — сказал я, — а магическим котам тем более. Пожалуй, будет правильно предоставить Угольку выбор меню.

Рассудив так, я послал зов хозяину ближайшего трактира и попросил отправить с посыльным несколько баночек мясного и рыбного паштета.

— Я завел кота, — объяснил я трактирщику, — не хочу, чтобы он изводил меня голодным мяуканьем.

— Понял, ваше сиятельство, — ответил хозяин трактира, — сейчас пришлю вам что-нибудь подходящее.

Трактирщик не подвел. Через несколько минут возле нашей калитки появился мальчишка посыльный.

— Подожди здесь, — сказал я, протягивая ему серебряную монету.

Посыльный принес сразу шесть видов паштета, и я предложил их все Угольку. Кот с интересом обнюхал миски и озадаченно посмотрел на меня.

— Выбери, какой паштет тебе нравится больше, — предложил я.

Всем своим видом Уголек продемонстрировал, что ему нравятся сразу все паштеты, но такое количество в него не влезет.

— Значит, у тебя будет новое меню на каждый день недели, кроме воскресенья, — рассмеялся я, — а в воскресенье что-нибудь придумаем.

Я дал посыльному еще одну монету и попросил его каждый день ровно в полдень, приносить паштет для кота.

— Будет исполнено ваше сиятельство, — солидно кивнул мальчишка, довольный неожиданным приработком.

Он подхватил свою корзину и в припрыжку удалился.

А я выгнал из гаража мобиль.

Перемещаться через магические пространства невероятно удобно и быстро, но я не был уверен, что смогу обучить этому умению Игната и Прасковью Ивановну.

— Поехали, прокатимся, — с улыбкой сказал я Лизе.

Мы вовремя добрались до аэропорта. Дирижабль как раз заходил на посадку.

Огромная туша, похожая на серебристого кита, вынырнула из-за горизонта, неторопливо приблизилась к летному полю, зависла над нами и начала медленно опускаться.

Когда брюхо дирижабля почти коснулось травы, с него сбросили толстые канаты, и работники аэропорта закрепили их на специальных тумбах.

Затем подкатили трап, двери салона открылись и оттуда повалили пассажиры.

Я не сразу увидел в толпе Игната и Прасковью Ивановну, а когда разглядел их, то недоуменно нахмурился.

Голова Игната была перевязана свежим бинтом.

— Что с тобой случилось? — спросил я, обнимая старика.

— Ничего особенного, ваше сиятельство, — неохотно ответил Игнат. — Тряхнуло эту посудину в воздухе, вот и все. А я не успел вовремя за ручку ухватиться.

Полеты на дирижаблях всегда считались безопасными. Благодаря своим размерам и магии дирижабль двигался очень плавно. Никакие порывы ветра не могли его качнуть.

И разумеется, пилотам на пассажирских линиях были строго-настрого запрещены опасные маневры.

— Тряхнуло, говоришь? — удивился я. — А с чего бы это?

— Да кто его знает? — отводя взгляд в сторону, ответил Игнат, и я тут же заподозрил, что он мне что-то недоговаривает.

Да и Прасковья Ивановна сердито смотрела на старика, а я успел перехватить ее взгляд.

— Рассказывайте, как было дело, — потребовал я.

— Рассказывай, что уж там, — сурово кивнула Прасковья Ивановна, — или я сама расскажу.