– Я приглашён к Локсу. – Влад предъявил марку, оторванную от ленты. – Приклейте это куда следует и дайте мне пройти.

– О-о!.. Никаких проблем, добро пожаловать! Я провожу вас.

Шагая по Кошкину Дому, Влад отметил, что траур пошёл вертепу на пользу. Приторно-слащавая атмосфера «уси-пуси» схлынула. Встречные овечки были одеты по-домашнему и выглядели обычными девчонками. Завидев русского офицера в лётном костюме – «Ой, Сокол!» – овцы настораживались, но всё равно строили ему глазки.

«Это они автоматически, – устало думал Влад. – Как я оглядываю сферу на предмет кого шлёпнуть».

За минувшие сутки он порядком вымотался. Вылетал трижды; последний раз – в рейд с майором и фрегатом, в блоке с германской Запад-A-3. Заходили на «Глиз-20», обшарили большой кусок системы – чисто! Космоносец где-то затаился, дрейферы в каменном поясе молчали. Опасное затишье. Не затем сириане пригнали столько новых аппаратов, чтоб они отстаивались на приколе…

Его давила смерть Алима. Негер из Ференгистана – так звали бывшую Францию, – был вздорным типом, не раз напрашивался схлопотать в рыло, но летать и стрелять умел. Академия Массив-Сэнтраль, процеживая хищный люд Еврозоны, отыскивала и натаскивала именно таких сообразительных метисов.

«Ведь мог же сукин сын работать! Ещё несколько месяцев – если бы гонор свой держал поглубже и старался бы по-настоящему – был бы толковый истребок! Не доглядел я, не вышколил как следует… Эх, зараза, прошляпил парня! Моя вина».

– Смотри, какой сердитый. – Джи показала Роме фото на телефоне. Кадр, отснятый издали и впопыхах, вышел косо-криво, но мрачное выражение на лице Сокола читалось чётко.

– Опять ты за своё, – выцарапав телефон из её пальцев, Рома быстро нашла опцию стирания. – Не сметь больше гостей снимать! Сколько раз тебе говорить? Блоггерша безмозглая… Даже не вздумай лезть со скрытой камерой в Живую Сеть! Мигом вычислят, кто выложил. На гауптвахту, а потом в солдатский дом. Ну-ка, клянись мне святым Агнцем – больше никогда.

Джи сопела и злилась:

– Отдай телефон! Я не буду. Какой он гость? Мы в траурном режиме. Что, уже и парня снять нельзя? Ты надо мной нарочно издеваешься!

– Я-а?!

– Конечно! У меня Гевина убили, а ты… всё назло делаешь!

Истомившись без милого Гера (хороша любовь онлайн по телефону), Рома день за днём шла по грани срыва и потому завелась с пол-оборота:

– Ой-ой-ой, какая страсть! Разок переспала – и уже рыцарь на всю жизнь. Отплакала, лёд к башке приложила – хватит, на другого пересядешь. Их с Земли пачками завозят. Сама не знаешь, чего хочешь – секес или кис-кис-мяу. А я знаю: надо укол поставить в попу, чтоб глаза на лоб полезли. Дурь-то и пройдёт!

Взвизгнув, Джи вцепилась в Рому, и они пошли таскать друг дружку от стены к стене. Старшая дала новенькой под дых, та согнулась, а Рома добавила ей по загривку. Тут вышли, обнявшись, силач Эсташ и добряк Ариес.

– О, йес! Овечья коррида!

– Таш, ты что!.. Растащи их! – вскричал Ариес в испуге.

Эсташ оставил приятеля, вклинился, как ледокол, развёл мощные руки и без труда удержал всклокоченных овец. Тут подоспела заботливая Мамочка:

– Что за безобразие? Кто зачинщица?

– Она! – Овцы указали друг на друга.

– Почему драка?

– Это наше дело! – огрызнулась Рома, наскоро прихорашиваясь.

– Чисто между нами. – Джи глядела исподлобья, держась за живот.

– В дни траура, – Ма стала загибать холёные пальчики, – в служебном помещении, в присутствии офицера…

– Вы потом пришли! – возразила Джи. Мамочка кивнула и прибавила:

– …с пререканиями. Обеим – активная гауптвахта, трое суток. Уведите их.

* * *

«Комфортно устроился!.. – Влад разглядывал роскошные покои Локса. – Уж не знаю, где он получил «при исполнении» клиническую смерть, но по части наслаждений он умелец. Подсветка, благовония, экран-стена…»

– Однако, ты как фон-барон, – оценил он апартаменты пограничника. – Прямо тысяча и одна ночь. Только девок в панталонах не хватает. С бубенцами на лодыжках.

Локс улыбался, отводя кошачьи глаза в сторону и скрывая взгляд под чёрной чёлкой. Он был в знакомой Владу лиловой рубашке и широких шёлковых брюках на два тона темней, с золотым шитьём. Босой – и тапочек нигде не видно. Пограничный капитан напоминал актёра, принимающего гостя в гримёрной.

– Когда я скучаю без девочек, я приглашаю офицера. В форме.

– А если никто не придёт, смотришься в зеркало?

– Зря я не посетил твой сеанс смехотерапии. Каюсь – не верил, что русский может зажигать.

– Поезд ушёл, не до смеха. Крути своё видео.

– Гляди. – Локс протянул пластинку. – С условием – кроме просмотра, никаких программ в компе не трогать. Не то по рукам.

– Так смело… – Влад сел за трёхсекционный стол с множеством полочек-уровней. – Может, сперва проверимся? Путём армрестлинга.

– Надо беречь руки. Вдруг тебе после обеда лететь, а сухожилия растянуты.