— Если тебя и в этот, дешевый гостевой дом, не пустили, то посоветовать нечего, — и с надменным видом пошла дальше.

Сильно сомневаюсь, что в этом мире фешенебельные гостиницы считаются дешевыми. Она решила поиздеваться?

Резкий порыв ветра хлестанул по лицу. Я инстинктивно скукожилась, побрела на прежнее место. И тут до меня дошло. А что, если эта дама видела, где находилась нищенка до того, как осмелилась подойти?

На всякий случай я вновь оглядела боковую сторону дома: ни намека на вход. Покрепче обхватив себя за плечи, решила посмотреть на фасад здания и быстро пошла вдоль стены. Свернув за угол, прошла еще немного и наконец-то увидела и вход, и неброскую вывеску с надписью: «гостевой дом Заря».

Абсолютно не раздумывая, я распахнула дверь и вошла. Тихонько тренькнул колокольчик, предупреждая о посетителе. Обнаружив, что кроме меня и привидения в небольшом помещении больше никого нет, облегченно выдохнула.

Хоть немного есть времени, чтобы перевести дух.

Чувствуя, как благословенное тепло растекается по телу, осмотрелась. Метрах в пяти от входа, красовалась натертая до блеска, деревянная лестница, ведущая на второй этаж. У левой стены размещалась скромная стойка регистрации, а у правой притулилась вешалка и потертый диван. Сразу за видавшим лучшие дни предметом мебели находился проход в коридор.

Больно здесь тихо. Постояльцев мало?

— Откуда у тебя деньги? — озадаченно поинтересовалось зависшее рядом приведение.

Общаться с призрачной девой абсолютно не хотелось. Пользуясь моментом, решила узнать, сколько наличных в моем распоряжении. Засунув озябшие пальцы в карман, выудила вместе с паспортом слипшиеся от влаги купюры. Подойдя к стойке, бережно положила на нее уже вторично промокший документ, удостоверяющий личность, аккуратно пересчитала деньги.

Триста рублей. Это много или мало?

— Добрый вечер, чем могу вам помочь? — послышался приятный голос.

Вскинув голову, я увидела стоящую за стойкой седовласую женщину. Приоткрытая дверь за ее спиной, сразу же подсказала, откуда так внезапно появилась сотрудница.

Сразу не прогнали. Значит, есть шанс здесь остаться.

— Добрый вечер, — я растянула непослушные губы в улыбку. — Хотела бы у вас поселиться.

Пожилая женщина цепко глянула на купюры в моих руках и с легкой небрежностью сообщила:

— Стоимость самого дешевого одноместного номера с удобствами — пятьдесят рублей в сутки. В сумму включено трехразовое питание.

Без верхней одежды никак не обойтись. Надеюсь, что на куртку останется.

— Хочу остановиться у вас на трое суток, — я положила рядом с удостоверением личности три мокрых «бумажки».

Старушенция шустро забрала деньги. Развернув сложенную вдвое картонку паспорта, она прочла текст, нахмурилась. Спустя несколько томительно долгих секунд, с явной неохотой принялась заполнять какой-то бланк.

Уф-ф-ф. Обошлось.

— Этот гостевой дом совсем недешевый, — зашептала на ухо, призрачная боярышня. — Я не бывала в гостиницах, но слышала, сколько матушка платит нашим горничным в особняке: в месяц двадцать пять рублей. А тут всего-то за сутки попросили пятьдесят. Похоже, тебя обманывают.

М-да уж. Даже если и развели, как последнюю лохушку, придется смириться. Альтернативы все одно нет.

— Ваша комната 13. Первый этаж, прямо по коридору, последняя дверь, — женщина с раздражением бросила на стойку ключ с металлической биркой.

Что это с ней? Опечалилась, что дешево сдала номер изгою?

Забрав паспорт и ключ, я спросила:

— Ужин в какое время?

— Через час вам его принесут, — недовольно бросила пожилая сотрудница и поджала губы.

Игнорируя откровенную грубость, я пошла в свое новое временное пристанище. Комнатка оказалась маленькой, с минимальным набором мебели, но на удивление уютной. Закрыв дверь изнутри, положила на круглый журнальный столик ключ, мокрые деньги и удостоверение.

Особо ни на что не надеясь, отрыла створки платяного шкафа. На вешалке сиротливо висел банный халат. Грустно усмехнувшись, заметила на дне шкафа одноразовые тапочки. И тут как-то разом навалились эмоции: еще мгновение и разревусь в голос. Не желая показывать приведению, насколько мне сейчас хреново, я сдернула халат, схватила тапки. Не глядя на призрачную деву, просипела:

— Пойду помоюсь, — и юркнула за узкую дверь.

Внутри крохотной комнатушки, слава богу, оказался санузел. Глотая слезы, я положила вещи на полочку, кое-как настроила воду. Затем судорожно стянула с себя мокрое платье. Кивнув его пол, забралась в ванную и горько расплакалась.

За что мне все это? За что?!

Уткнувшись лицом в ладони, я выплескивала из себя все, что накопилось. Душа стонала, корчилась от нестерпимой боли и одиночества.

Не могу больше! Не могу!

Глубоко вдохнув, я погрузилась в воду, уже заполнившую больше половины ванны. От нехватки воздуха легкие запекло. С шумов вынырнув, убрала с лица волосы. Выключив кран, легла на спину. Теплая вода ласково обволакивала тело, успокаивала. И возвращала способность мыслить здраво.