– Да.

Даллас встал рядом, его задница оказалась в нескольких дюймах от меня, и я отвела взгляд.

– Бабушка хочет как можно быстрее вернуться домой, но пока ей придется пожить у меня, что бы она ни говорила.

– Она не хочет жить с тобой?

– Она ни с кем не хочет жить. Говорит, что семьдесят лет не пользовалась чужим гостеприимством, и сверх нужного ни минуты лишней не задержится в моем доме. Она предложила переехать на время ремонта к своей сестре, которая живет в доме престарелых, чтобы, так сказать, «избавить меня от хлопот», но я против. Она моя бабушка. Я не стану перекладывать заботу о ней на других.

Он нравится мне только как друг. Как добрый приятель. Он хороший человек, и его верность вызывает восхищение.

Он мне друг. Только друг. И уж конечно, я не влюблена в него. Ни чуточки.

Пока я усиленно убеждала себя в этом, попутно успела подумать, что Даллас суперсексуальный и у него золотое сердце, но таких, как он, еще много.

Почему-то я сама себе не верила.

Он снял с ящика крышку и отступил на шаг. Бросил взгляд на меня, затем заглянул внутрь ящика.

– В эти выходные в мастерской, где работает Трип, байкерский клуб проводит конкурс поваров, чтобы собрать деньги на ремонт бабушкиного дома.

Черт. Пока я не работаю, мне не хотелось бы тратить деньги еще и на это. Я и так впервые за долгий срок сделала широкий жест – купила цветы для мисс Перл.

– Мальчики ведь в эти выходные будут у дедушки с бабушкой? – уточнил Даллас.

Я кивнула, и он ответил тем же.

– Пойдем? Я сделаю взнос за тебя.

– Ты не обязан…

Большая ладонь Далласа тронула мою руку, он заглянул мне в глаза и серьезно поинтересовался:

– Ты когда-нибудь примешь мою помощь без спора?

Я на миг поджала губы:

– Наверное, нет.

– Пойдем. – Он улыбнулся и снова тронул меня за руку. – Там будет Трип.

Почему я первым делом подумала, что мне и тут хорошо, когда он рядом? Что со мной не так? Я напрашиваюсь на неприятности. На боль. На разбитое сердце. На переезд, который обязательно однажды произойдет.

И даже зная все это, я все равно не отказалась, а как идиотка вздохнула и сдалась:

– Ну, если ты платишь, мистер Бильярдный шар…

* * *

– Диана! Моя героиня!

Вокруг меня по мастерской бродили около сотни человек, однако мне все равно удалось уловить, откуда раздался возглас. Ухмыляясь, я перебегала взглядом с одного лица на другое, пока не нашла того, кого искала. Трип продирался сквозь толпу с широкой улыбкой, красноречиво свидетельствовавшей о том, что он уже немного выпил.

– Привет! – Я помахала ему, пытаясь отыскать еще кого-нибудь знакомого на этом конкурсе, куда пригласил меня Даллас.

Трип обнял меня за плечи и притянул к своему боку.

– Как дела?

– Лучше. – Я подняла забинтованную руку.

Волдыри наконец-то начали сменяться красной, туго натянутой кожей. Пару дней назад я зачем-то решила посмотреть в интернете фотографии ожогов, и меня чуть не вырвало. После увиденного поняла, что жаловаться мне не на что и все могло быть гораздо хуже.

– Стремно, как по мне, – заявил он, посмотрев на мою руку.

Однако не отстранился, продолжая обнимать меня за плечи.

– Что будешь есть? Я оплачу. А где мальчики? – Он повел меня сквозь толпу, и у меня в глазах зарябило от разнообразия кожаных жилетов, джинсов и футболок байкеров из клуба и гостей, среди которых были люди всех возрастов: от двадцатилетних девиц до мужчин хорошо за тридцать, сорок, пятьдесят и даже шестьдесят.

Я подумывала спросить, куда подевался Даллас, но не стала. Нужно раз и навсегда с этим покончить.

– Они у дедушки с бабушкой. Что посоветуешь из еды?

Трип задумчиво хмыкнул:

– Грудинка неплоха. Ребрышки тоже. Стейки, правда, не такие вкусные, как у тебя…

– А помнишь, как ты спорил, что не нужно их жарить на чугунной сковороде?

Трип со смешком притиснул меня к себе:

– Помню, помню. Я даже купил себе такую, когда в последний раз забегал в магазин. Собирался в четверг после тренировки расспросить тебя, как на ней готовить, но нас атаковали родители, которые считают, что их детям нужно больше игрового времени.

Он застонал, и я хихикнула:

– Не волнуйся, я знаю, что мы друзья.

– Однозначно друзья, милая. – Мы подошли к трем большим ямам для барбекю, которые располагались практически одна за другой. – Чего твоя душенька желает?

Я сказала, что хочу грудинку и кукурузу-гриль. Хорошенькая девушка, которая помогала худощавому, седоволосому мужчине, положила в мою тарелку картофельный салат, и Трип присвистнул:

– Ты настоящая куколка, Айрис.

– Отвали, Трип, – прорычал высокий мужчина, который стоял невдалеке. В переноске за спиной у него сидел ребенок, еще одного, завернутого в розовое одеяльце, он держал на руках.